Книга Просто конец света, страница 82 – Анна Кавалли

А потом одним туманным утром меня обняла во дворе темноволосая девочка. Обняла, несмотря на то что я – это я, несмотря ни на что и ни на кого, и пустота вдруг исчезла, и мне стало казаться, что я на своем месте, что мое место – рядом с Джен, что я ей нужен, позарез нужен, что…

Черт. Хватит. Хватит воспоминаний на сегодня.

Память – опасная штука. Нырнешь в воспоминания слишком глубоко – потом не выплывешь, говорила тетя Айнура. Надо выйти, прогуляться. Хотя бы на время сбежать из этой квартиры. Әни все равно не проснется до утра, а во сне она сама для себя не опасна.

В Пьяном дворе двадцать живяков в белых балахонах – или простынях, черт его знает, – стоят на коленях, подняв руки к наливающемуся кровью небу. Молятся, чтобы конец света не наступил. Громко бьют себя в грудь и умоляют очистить человечество «от скверны и грехов».

В Скворечнике половина полок пуста. Лиса склонилась над ватманом – сама сосредоточенность. Аккуратным почерком пишет про скидки до 50 % на самые необходимые товары для апокалипсиса. «Переживи конец света с комфортом».

– Не смейся, волчонок: консервы сегодня все разобрали, крупы с макаронами тоже. Ну а главный хит сезона – туалетная бумага. Видимо, живяки боятся, что всадники апокалипсиса начнут уничтожение мира с нее. – Лиса поднимает на меня взгляд, щурит желтые глаза. – О боги! Сорри, но вид у тебя такой, как будто ты собираешься повеситься. Пойдем на наше место, развеемся.

Конечно, я соглашаюсь – втайне я надеялся, что она это предложит. Чувствую привычный укол совести. Джен не знает про эти встречи. Нет никаких особых причин скрывать от нее дружбу с Лисой. Наверное, я просто привык, что эти встречи – убежище, где я могу рассказывать о ком угодно и что угодно. Жаловаться на Керу, например. Забавно: когда‐то она правда казалась мне проблемой.

Лиса понимающе улыбается и делает нам кофе в термосе. Закрываем магазин на ночь, идем к ее подъезду и поднимаемся на последний этаж. Замок на лестнице, ведущей на чердак, сломан давным-давно. Снимаем его, забираемся на чердак, а оттуда – на крышу.

Вот оно, наше место. Небо пылает, растекается огненно-алым, как будто там, высоко, – пожар. Воздух пахнет дождем и одновременно – морозом. Лиса рассказывает про «колдовской бизнес», хохочет, изображая недовольного клиента – «важного дяденьку, который пригрозил нас с мамкой заживо сжечь за предсказания его любовнице». Я же иронизирую над верой в магию. Эта пикировка – наш ритуал.

– Не хочу тебя расстраивать, но, если до сих пор нет письма из Хогвартса, значит, ты магл, а не ведьма, – поддразниваю.

– Глупо не верить в магию, волчонок, сорри. Ты же веришь в лес, так?

– Только в лес и верю.

– Ладно, всё, хватит про магию, теперь твоя очередь побыть в центре внимания. Как ты? – спрашивает Лиса.

Рассказываю обо всем: о надписи на двери, о срыве әни, о сегодняшнем вечере – обо всем, кроме того, что связано с Катей. С каждым словом становится все легче и легче, как будто вскрылся гнойник. Кажется, что сегодня ночью Этого не случится, Это не придет, не проснется, не доберется до меня.

Выговорившись, замолкаю и закуриваю. Лиса смотрит на догорающий закат.

– Знаешь, что странно? Мы встречаемся впервые за две недели один на один – и ты ни разу не упомянул ее. Джен.