Онлайн книга «Последний час»
|
– Ты серьезно? – Мы взяли его, Мунк, – в ее голосе он почти услышал самодовольную улыбку. – В толстовке? И джинсах? Да это может быть кто угодно. – У него кое-что было в кармане. Записная книжка. – Так?.. – Она у меня. Читаю, слушай. Он слышал, как она перелистывает страницы. – Мария Симонсен. Ведьма. Предметы: тролль, рысь, американская история. – Так, но… – Слушай дальше, – продолжала Голи. – Альфред Беккер. Скотина. Предметы… Мунк сунул сигарету обратно в пачку и бросился назад на кухню. – Предметы, – продолжала Анетте. – Слон… Да. – Открытка из Алис-Спрингс… Совпадает. – Книга про поезда. В точку. – Подтверждаешь? – быстро спросила Анетте. – Предметы на столе совпадают? – На сто процентов, – кивнул Мунк. – И сколько людей о них знают? – Только Миа и я, – ответил он, уже снова стоя на лестнице. – И преступник, верно? – Где ты сейчас? – В Грёнланне, он у нас в камере. – Буду через минуту, – Мунк усмехнулся, садясь за руль. 20 Фредрик Риис внезапно оказался на тропинках своего детства. Он свернул к стоянке над пляжем Ингьер и припарковался в самом конце, под высокими деревьями. Он не вспоминал это место уже много лет. Когда-то они жили здесь, до его девяти лет – в ту пору отец был обычным терапевтом, а потом вся семья переехала в США, где отец специализировался на пластической хирургии. Не лучшие воспоминания. Это время в его жизни было, мягко говоря, не самым приятным. Общество расколото на две группы – либо очень богатые, либо нищие. Фредрик оказался как раз посередине этой классовой борьбы, в самой ее неловкой, растерянной середине. Мать, конечно же, хотела, чтобы он общался с «правильными» детьми. С теми, что в дорогой одежде. Проблема была в том, что все эти «правильные» дети казались Фредрику придурками. Я не хочу с ними играть. Они злые.Каждое утро мать встречала его с уже подобранным нарядом, не отступала, пока не видела, как он выходит за дверь: рубашка Lacoste, ботинки Isba, шапка и шарф Busnel. Каждое утро он чувствовал себя клоуном. И довольно скоро в нем проснулся маленький бес, который придумал «идеальный» план. За гаражом у соседей он спрятал сумку – с той одеждой, которую сам хотел носить. Ничего особенного. Обычная. Почти незаметная. Зимой было холодно, но он все равно переодевался – до нижнего белья, прямо за густой изгородью. Та же процедура – на обратном пути. Все шло отлично. До одного дня. До дня, когда они делали классное фото. О черт. – Ты как вообще выглядишь? Лицо матери, полное разочарования, когда через несколько недель прислали фотографию. Три недели домашнего ареста. Она почти не разговаривала с ним в следующие месяцы. Что с людьми вообще не так? Тот же укол обиды он почувствовал утром, спускаясь в гараж за машиной. На улице кто-то говорил по телефону: «Со мной все в порядке, да, да, я осторожна, мама. Уже иду домой. Обещаю, никуда больше не пойду сегодня».Кто-то из другого города звонил, волновался, хотел узнать все ли с ним в порядке. А его родители? Ни слова. Фредрик покачал головой, заглушил двигатель и осмотрелся. Она позвонила ему всего через несколько минут после взрыва в парке Фрогнер. Вероника Ланге. Секретарша из адвокатской конторы «Виик, Олборг и Симонсен». – У меня кое-что есть. Можем встретиться? Прошло несколько минут, и вот она появилась, спускаясь по тропинке. |