Книга Другая сторона стены, страница 137 – Надежда Черкасская

***

Дом Ангелины Николаевны предстал перед моими глазами эталонным обиталищем музейного работника. Не то чтобы я когда-то гостила у музейщиков или вообще близко с ними общалась, однако, мне всегда казалось, что примерно так он и должен выглядеть: множество книг на ровных полках стеллажей, несколько старых медных подсвечников, темные лики, глядящие с икон в поблескивающих серебром и золотом окладах, И, конечно же, старые фотографии.

– Присаживайтесь, – сказала Ангелина, и мы покорно опустились на темный бархатный диван. Рядом с ним стоял столик, на котором лежала красивая круглаясалфетка, связанная крючком, а на ней – книга «Исторические корни волшебной сказки»[4]. В нее была вложена закладка из перламутрового бисера.

– Какую главу читаете? – поинтересовался Паша, глядя на книгу. Я поняла, что они оба очень хорошо знакомы с этой книгой.

– Третью – «Волшебный лес», – откликнулась Ангелина.

– Моя любимая. Там самые интересные элементы сказок раскрываются, – отметил Паша.

– И, пожалуй, самые распространенные, – Ангелина пожала плечами, – что не делает их менее интересными. Может, чаю?

– Полина?.. – Паша повернулся ко мне и выжидающе посмотрел. Я покачала головой:

– Нет, спасибо. Мы только что с обеда.

– И я обойдусь, – Паша улыбнулся, – мы буквально на пару минут. Ангелина Николаевна, не одолжите ли ключ от вашего кабинета?

Тут Паша пустился рассказывать о своей истории с другом, который что-то нашел в архиве, однако умолчал, что он побывал в Таре и о том, что он нашел альбом в доме Кологривовых. Почему, интересно? Должно быть, хочет рассказать все мне, Ире и Диме сразу, подумала я. А вот что насчет альбома? Пока Паша самозабвенно вещал о своих подозрениях о том, что Софья могла дружить с доктором Розановым, искусно обходя историю с найденным альбомом, я разглядывала комнату. На одном из столов стояли старые фотографии. Я не слишком-то разбиралась в моде XIX века и всем прочем, а вот Паша как-то сказал мне, что может определить десятилетие, в котором была сделана старинная карточка, по одному только цвету фотобумаги. Удивительно.

Мой взгляд зацепился за фото одного пожилого мужчины – седой, хорошо сложенный, он был запечатлен на портрете в прекрасно скроенном и сшитом, явно дорогом костюме. Я не знала, каким был род его деятельности, но весь его облик выдавал… бывшего военного? Я бросила короткий взгляд на Ангелину и вдруг поняла, что господин с портрета может оказаться ее родственником. Их роднила интересная линия рта – оба как-то по-особенному поджимали губы. Впрочем, это было все, чем они друг на друга походили. Цвет глаз его угадать было довольно сложно, хотя они явно были светлыми – а спектр цветов, учитывая черно-белое фото, был огромен. Волосы же его были седыми.

– Так уж и быть, – Ангелина Николаевна улыбнулась и, с трудом встав, направилась к одному из шкафов. Спустя несколько секунд его деревянная со стеклом в середине дверца чутьскрипнула, и на свет Божий был извлечен ключ от ее кабинета.

– Занесете завтра, если что?

– Спасибо! – Паша забрал у нее ключ, – Обещаю, что все верну в целости и сохранности.

– И расскажи, если выяснится, что твой приятель все же нашел что-то стоящее. Мне ведь по долгу службы надо знать о том, что там произошло на самом деле.