Книга Плохая маленькая невеста, страница 19 – Меган Брэнди

Так-то лучше.

Как только разум перестает лихорадочно метаться от мысли к мысли, раздается кашель. Я вздрагиваю, мои глаза обращаются к двери.

Бабуся… Она стоит там, приподняв бровь. Смотрит на пропитанное потом боди, потом на меня.

— Вылезай.

— Нет.

Ее глаза расширяются, зрачки превращаются в сверлящие черные точки.

— Вылезай… или он сам придет за тобой.

Я напрягаюсь и обхватываю себя руками, словно хочу защититься.

Удовлетворение расцветает на ее лице, как будто она знает то, чего знать не может.

— Могу выиграть для тебя двадцать минут, но это максимум, – говорит она, прежде чем уйти.

Закатив глаза, вылезаю из ванны. Мне было явно недостаточно нескольких минут, чтобы расслабиться.

— Конечно, Бабуся.

Она замирает.

— Даю десять.

К черту мою жизнь.

Я БЫЛА ЕДИНСТВЕННОЙ СОЛИСТКОЙ НА ЛЕТНЕМ ВЫСТУПЛЕНИИ В ЛИНКОЛЬН-ЦЕНТРЕ В Нью-Йорке в прошлом году.

Это было престижное мероприятие, и последнее, на котором мне разрешили выступить. Само собой, только для элитных семей. Как и Энцо Фикиле-старший, мой отец для внешнего мира – всего лишь бизнесмен. Энцо известен и уважаем как владелец ведущей охранной организации, а мой отец – гуру в сфере недвижимости и выдающийся предприниматель. Конечно, это только для тех, кто не решается копнуть поглубже.

Любой, кто имеет представление о темных способах ведения бизнеса, знает имя Райо Ревено. Он человек, которого боятся, и на то есть веские причины. Когда отец узнал, что мне предложили сольное выступление, он сначала отказался отпускать меня, предположив, что это уловка врагов, способ добраться до него. Но Роклин, моя сестра, убедила его сделать исключение, а отец всегда больше прислушивается к ее доводам, чем к моим.

Нью-Йорк находится за пределами его территории, криминальный мир там под контролем совсем другой семьи, но никто не хотел переходить дорогу Райо. Стратегически скупая недвижимость по всей стране в хорошо просчитанных местах, он был ключом к пересечению границ: никто не переезжал без его разрешения; Райо был силой, так что, поколебавшись, он позволил мне поехать.

Конечно же, отец нашел способ обеспечить мне лучших балетмейстеров и неслабый штат обслуживающего персонала. Те, кто в своей профессии поднимается на высшие позиции, каким-то образом находят дорогу к нашей двери. Или это мой отец находит их, за что я ему благодарна.

В гримерках Линкольн-центра висели бесконечные ряды костюмов, и, само собой, там были горы пуантов, изготовленных на заказ, из шелка и атласа всех оттенков. Но мой костюм был единственным в своем роде. Расшитый редчайшими бриллиантами, он стоил целое состояние. Со мной работали лучшие визажисты, и свет мне ставили лучшие осветители. Я уж не говорю о том, что в моей личной гримерке было множество цветов и фруктов из экзотических стран.

Все было эксклюзивно и божественно, но в конце концов я узнала, что единственная причина, по которой меня пригласили, заключалась в том, что устроители хотели заполучить в качестве зрительницы мою сестру.

Ладно, проехали. Независимо от того, что они там хотели, в целом я получила чудесный опыт.

Вспоминая сейчас об этом, я думаю о том, что мероприятие, устроенное Энцо, здесь и сейчас выглядит масштабнее. Это не похоже ни на что, что я когда-либо видела… даже если я понятия не имею, с чем все это связано. Разве что догадываюсь.