Книга Чужие дети, страница 81 – Лина Коваль

Новый маршрут. Как бы пророчески это ни звучало.

Спустя две недели

Сочи

В спальне гостиничного номера так свежо и прохладно от работающего кондиционера, что приходится прикрыть ноги уголком одеяла.

— Мамочка, я скучаю по папе, — тихо шепчет Лия, пытаясь заснуть уже в третий раз.

Сначала она срочно захотела позвонить Адаму, потом проголодалась, в итоге — улеглась и грустит. С каждым днем наша дочь становится старше и… хитрее. Это забавно.

— Я знаю, что ты по нему скучаешь, малышка, — оставляю один поцелуй на ее руке, а затем, склонившись и придерживая полу халата, второй — на виске. — Папа работает над фильмом, скоро прилетит. Ведь знаешь?..

Моргает.

— А ты? — шепчет доверчиво.

— Что… что я?

— Ты… скучаешь по папе?

Чуточку теряюсь и устраиваюсь рядом.

— Конечно, — решаю не вкладывать в детский вопрос много смысла.

По правде сказать, скучать эти недели было некогда…

Первая встреча с Арманом прошла более чем удачно. Конечно, мы не пили кофе, как договаривались в эфире. Вернее, кофе все-таки был, но сначала — восхитительный ужин в ресторане Багдасаровых в центре Москвы.

А потом был поход в Большой театр, на выставку в Третьяковскую галерею с индивидуальным гидом и приглашение на день рождения племянницы Армана, куда мы сходили с Лией.

Так получилось, что за две недели я познакомилась почти со всеми Багдасаровыми и до сих пор нахожусь в благоговейном восхищении от этой большой армянской семьи. Какие они дружные!.. А как поддерживают друг друга!

Взяв на себя роль главы семейства после смерти отца, Арман прекрасно с ней справляется и совмещает с руководством крупным телеканалом. Как у него это получается? Не знаю. Но, как уже сказала, искренне восхищаюсь.

— Ты красивая, мамочка, — сонно улыбается Лия.

— Спасибо, моя хорошая…

— И блестишь. Папочке бы понравилось…

— Это макияж, зайка… — аккуратно уворачиваюсь от ее руки, чтобы ничего не смазалось.

Инстинктивно тянусь и прохожусь ладонью по волнистым волосам, собранным заколкой на затылке. Полчаса назад из моего номера вышли визажист и стилист.

Я впервые за долгое время на кинофестивале, и это волнительно.

После того как Лия заснет, я планирую оставить ее с няней и перед премьерой первой конкурсной картины поужинать с Арманом в ресторане его родного брата.

Мысли снова переполняют…

Между нами пока не было ничего такого, кроме нескольких прощальных поцелуев, весьма приятных и волнующих. В последние дни переживаю, ведь события я не форсирую, но и не хотелось бы, чтобы он подумал, будто я таким образом набиваю себе цену.

Это не так.

Лия засыпает, а я переодеваюсь в приготовленное заранее вечернее платье нежно-изумрудного оттенка, даю последние наставления Ангелине и спускаюсь в лобби, где меня уже дожидается Арман.

— Привет.

— Катя. Я сражен наповал. Ты отлично выглядишь!.. — говорит он без пафоса и берет мою ладонь.

Мы подаемся друг к другу. Так, как это, наверное, бывает только в начале отношений: неловко, несдержанно. Положив руку на твердое плечо, оставляю на гладковыбритой щеке робкий поцелуй. В носу оседает дорогой аромат, напоминающий смесь кофе, коньяка и белого мускуса. Снова волнительно.

Снова тревожно…

Пока водитель везет нас по вечернему осеннему Сочи, я много думаю, как все будет дальше. Осмелюсь ли я сегодня, или нужно еще подождать? Казалось бы, я все давно решила, но что-то будто бы сдерживает, тянет в прошлое, терзает.