Книга Год моего рабства, страница 150 – Лика Семенова

Кондор смерил Грейна презрительным взглядом и шагнул вперед:

— Я хочу получить свою вещь. Отдай рабыню, ваша светлость, и мы полюбовно разойдемся. — Он не дождался ответа, задрал голову: — Мирая… твой хозяин приказывает подойти. Немедленно.

Мирая вновь вся содрогнулась за спиной, будто ее прошило судорогой. Ели бы не руки, все еще вцепившиеся в мантию, Грейн бы подумал, что она упала без чувств.

Положение оказывалось безвыходным. Один на один у Грейна еще были шансы. Он бы с удовольствием измолотил это темное лицо кулаками. Но лигур не станет играть по правилам ради какой-то сомнительной мальчишеской романтики. Никогда не станет. Это было слишком очевидно. И слишком глупо.

Элар знал, что так закончится… И он чист. Чист перед обоими. Чертов суки сын! Но без Элара Грейн даже не увидел бы Мираю.

Грейн глубоко вздохнул:

— Давай договоримся.

Кондор усмехнулся:

— И о чем же?

— Сколько ты хочешь за эту девушку?

— За рабыню.

— Так сколько?

Лигур скрестил руки на груди, сделал несколько шагов, будто раздумывал.

— Отменная девка, ты прав. У тебя хороший вкус. И редкая сука…

— Назови любую цену.

Кондор вновь раздумывал, потирал подбородок. Наконец, покачал головой, лениво улыбнулся:

— Не интересно.

Грейн сжал кулаки, чувствуя, как пульсирует в висках. Он еще не ощущал такого бессилия. Никогда. Будто был скован по рукам и ногам. Он сглотнул, чувствуя, как обдирает горло:

— А что интересно?

Кондор повел бровями, темное лицо лоснилось в отблесках фонаря:

— У тебя этого нет, ваша высокородная светлость. И не может быть.

Беспросветный, самый черный тупик. Грейн слышал, как шумно, прерывисто дышала Мирая за спиной. Единственная возможность что-то изменить — активировать маяк на галавизоре, чего он не успел. И тянуть время в ожидании, пока его люди доедут от Кольер.

Кондор вдруг небрежно вскинул руку, обернулся к кому-то из наемников:

— Все, хватит! Давай!

Раздался плотный высокий свист. Короткий миг боли, и перед глазами помутнело. И накрыла чернота.

— Ваша светлость! Ваша светлость!

Что-то прохаживалось по щекам, будто птица била крыльями.

— Ваша светлость!

Грейн с трудом открыл глаза, видя перед собой желтоватую муть, в которой проступало чье-то лицо. Темные волосы, падающие на щеку, маленькая, какая-то кукольная мордашка. Девчонка-имперка.

Грейн перехватил тонкую руку, которая била его по щекам:

— Ты кто? — Он не дождался ответа. Приподнялся и скривился от ломящей боли в бедре, порывисто огляделся. Тоннель был пуст. Ни лигура, ни его людей. Ни Мираи. — Они забрали ее?

Девчонка кивнула и надавила маленькой ладошкой ему на грудь, укладывая на камни:

— Надо полежать, ваша светлость. Я вколола нейтрализатор, но нужно немного времени.

— Что случилось?

— Паралитический яд. Иначе вы пролежали бы тут несколько часов. И не известно, очнулись ли, если бы никто не нашел. — Девчонка шмыгнула носом, сглотнула: — Они вернулись в Кольеры. Мираю забрали.

Я не поняла, что случилось. В ушах звенело от страха. Я до онемения пальцев стискивала мантию Грейна и вдруг почувствовала, как он оседает к ногам неподъемным мешком, увлекая меня за собой. Потеряв опору, я рухнула вместе с ним, распласталась на камне, чувствуя на животе недвижимую тяжелую голову. Не знаю, откуда вдруг взялись силы. Я не смотрела по сторонам, думала лишь о том, жив ли он? И в груди скрутило так сильно, будто меня прострелили. Я не хотела, чтобы он погиб из-за меня. И не из-за кого другого.