Книга Поэма о Шанъян. Том 3–4, страница 164 – Мэй Юйчжэ

— Пока неизвестно, – ответил Вэй Хань, склонив голову.

— Выясните это! И скажите командиру Пану, чтобы он строго охранял дворцовые ворота и был готов к битве!

Вэй Хань принял приказ и ушел.

Юйсю дрожала и пыталась успокоиться, но ее нижняя губа закровоточила – так сильно она ее прикусила. Я вытащила из рукава шелковый платок и, не глядя на нее, протянула его.

— Как ты думаешь, какие у него шансы на победу?

Юйсю взяла шелковый платок и прижала к губам. Похоже, она решила молчанием бороться со мной до конца.

— А если ван-е жив, как ты думаешь, какие у него шансы? – спокойно спросила я, обратив на нее взгляд.

Тело Юйсю покачнулось, и вдруг ее зрачки расширились от испуга. Не говоря ни слова, я спокойно смотрела на нее. Она с ужасом смотрела на меня в ответ.

— Как так? В письме же ясно написано, что ван-е уже…

— Вот почему мне удалось обмануть Сун Хуайэня и заставить его ослабить бдительность. Чтобы я могла нанести удар первой. – Улыбнувшись, я посмотрела ей в глаза. – Что супруга Сун думает о такой стратегии?

Я хотела, чтобы она поняла, что у ее мужа с самого начала не было шансов на победу. Даже если он сможет прорваться в императорский город, убить меня и захватить столицу, ему не избежать железной хватки Сяо Ци. Его встретят войска Юйчжан-вана. Они придут в город и перебьют всех повстанцев.

Юйсю упала на пол – лицо ее было белее снега.

За дверьми послышался шум шагов. Вэй Хань только ушел, но уже спешил обратно.

— Докладываю ванфэй – шпионы сообщили, что Сун Хуайэнь приказал своим людям окружить резиденции Юйчжан-вана и Цзянся-вана. Также они ворвались в резиденцию, но им никого не удалось найти. Он приказал обыскать весь город и забрать всех младенцев до года.

Я стиснула зубы и ничего не сказала. Но вдруг Юйсю тихо застонала, зажав рот руками. Глаза ее наполнились слезами, а плечи сильно затряслись.

Вэй Хань взглянул на нее и продолжил:

— Сун Хуайэнь лично возглавляет двадцать тысяч солдат и кавалеристов. Тяжелые войска готовы к осаде дворцовых ворот. Боюсь, что теперь передать новости во дворец будет непросто.

— Это неважно. То, что должно произойти, произойдет.

Я подняла брови и улыбнулась.

— Командир Вэй, вы готовы?

— Мои подчиненные и братья готовы отдать свои жизни, защищая императорский город.

Вэй Хань смотрел прямо на меня, его глаза ярко сияли под железной маской. Как в ту холодную ночь за пределами Ниншо – я помню, как в темноте вспыхнула пара исполненных решимостью и смелостью глаз.

— Подчиненный поклялся служить Юйчжан-вану и защищать ванфэй.

В Ниншо, Хуэйчжоу было много замечательных людей, готовых не только раздвигать границы и осваивать новые земли, людей, которые будут верны своим хозяевам до самого конца. Они никогда не отступят. Они не боятся смерти. Смерть для них – пустой звук. Это лучшие подчиненные Сяо Ци – военнослужащие, закаленные не только временем, но и огнем и мечом.

Со стороны дворцовых ворот снова раздался низкий звон горна. Вэй Хань поспешно ушел.

Юйсю с тоской посмотрела в сторону дворцовых ворот, лицо ее пугающе побледнело. Но она больше не дрожала и не проливала слез. В мертвой тишине дворца она опустила голову и тихим, хриплым голосом сказала:

— Это он убил Ху Гуанъюаня…

Меня это не удивило, но от этой мысли сердце сжалось от грусти. Этот очаровательный юноша оказался лишь пешкой, а Сун Хуайэнь убил его, чтобы заставить Ху Гуанле поднять восстание. Юйсю подняла голову и посмотрела прямо на меня – от ее взгляда мне стало не по себе.