Книга Не суди по оперению, страница 97 – Зои Брисби

«Ушедшая в самоволку» Максин явно пришла в восторг от этого неожиданного привала и бурно выражала свое восхищение администратору, который был счастлив найти внимательных слушателей. Он посвятил их в подробную историю производства и использования юрт, сопроводив рассказ фотографиями из своего последнего путешествия по монгольским степям. После этого неспешного экскурса, который показался Алексу бесконечным, администратор решился наконец показать ту самую юрту, где им предстояло ночевать.

Алекс поначалу разволновался, что ему придется делить номер со старой дамой, но она объяснила, что такого рода жилища весьма просторные и им вполне хватит места для двоих. В любом случае других свободных юрт не было. Однако для большей уверенности Алекс настоял, чтобы там было две отдельных кровати.

— Очень жаль, это нарушит дух апартаментов «Чимэдийн Сайханбилэг». Обычно мы ставим там кровать king size, – сокрушался администратор.

Но Алекс не поддался на уговоры, и внутри юрты их в самом деле ждали две кровати.

— Я так возбуждена, что мне не сидится на кресле! – восклицала Максин.

У Алекса перехватило дыхание. Помещение было действительно немаленьким. Широкие деревянные брусья, укреплявшие изнутри крышу, соединялись вокруг отверстия в центре потолка. Интерьер был изысканным и уютным. Те же красные тона, что и на дверях, присутствовали на спинках кроватей, сундуках и низеньком столике. Всей этой обстановки, хотя и по-спартански лаконичной, вполне хватало, а кроме того, от нее веяло безмятежностью, которой Алекс на удивление тут же проникся.

Максин явочным порядком выбрала правую кровать, положив на нее свою огромную сумку. Алекс стоял позади у порога. Ему было не по себе от этого неожиданного соседства. Ему не нравилось, когда кто-то нарушал неприкосновенность его сна. Он чувствовал себя уязвимым, когда спал. Он не мог контролировать себя во сне. А вдруг ему приснится кошмар и он проснется от своего крика? Из-за него у старой дамы случится припадок.

Кошмарные сны снились ему часто. Почти каждую ночь. Он этого немного стыдился. Только дети имеют право видеть страшные сны так часто. Но ему-то снились вовсе не монстры под кроватью. Он вновь и вновь видел все свои неудачи. Он постоянно прокручивал в голове свои мрачные мысли, так что они в конце концов материализовались в ночные видения.

Однако в присутствии Максин, пусть непривычном и смущающем, было что-то обнадеживающее. Как будто она могла прогнать злые силы. Может быть, ему наконец удастся выспаться?

Алекс не знал своих бабушек и дедушек. Родители отца умерли до его рождения, а родители матери не подавали признаков жизни после размолвки столетней давности. Он никогда не ездил на лето к «бабуле и дедуле». У него не было ни дедушки, который научил бы его копаться в саду, ни бабушки, которая научила бы его печь пироги. Хорошо, наверное, их иметь. С ними должно быть спокойно.

Максин, с ее харизмой, чудачеством, ребячливостью, доброжелательностью и оптимизмом, наверняка позволит ему провести ночь как следует, он в этом уверен.

Алекс с нежностью смотрел, как она достает из своей огромной сумки какие-то вещи. Она это заметила.

— Что такое? У тебя какой-то странный взгляд. Только не говори, что ты принял диазепам!

Алекс опустил глаза.