Книга Песнь затонувших рек, страница 140 – Энн Лян

— Где она? — спрашивает Фань Ли.

Лу И качает головой. Он не в силах говорить, его пугает дикий взгляд Фань Ли и его резкий тон. Даже в битве Фань Ли всегда оставался безупречным образцом спокойствия, сама смерть не пугала его.

Но Фань Ли шагает к нему, его глаза черны, как ночь.

— Где она? — громче повторяет он.

— Я… не знаю, — отвечает Лу И. — В деревне видели, как она пошла к реке, но с тех пор прошло несколько часов, и… — Он испуганно и тихо добавляет: — Я думал, она с тобой.

Фань Ли замирает. Я никогда не встречала людей умнее него, его ум работает в три раза быстрее, чем у обычного человека, сплетая нити, невидимые для большинства. Он догадывается обо всем прежде, чем догадался Лу И, сжимает кулаки и с усилием разжимает. На ладони остаются маленькие кровавые полумесяцы — вмятины от ногтей.

— Обыщи всю деревню, — говорит он низко и хрипло, голосом, не сулящим ничего хорошего. — Каждый угол, тропинку и комнату.

— Это… это займет время, — запинаясь, отвечает Лу И. — В нашем распоряжении мало людей… в деревне живут одни старики, они не привыкли много ходить…

— Используй солдат.

Лу И таращится на него. Проходит миг, другой, и он отвечает:

— Но разве их можно использовать для личных целей… разве ты не навлечешь гнев… — Заметив, как потемнело лицо Фань Ли, он замолкает. Так выглядит человек, готовый зайти в горящее здание. — Да, я… сейчас же все сделаю.

— Погоди. — Горло Фань Ли судорожно сжимается. Он делает глубокий вдох и пытается успокоиться. Сглатывает и наконец произносит так тихо, что Лу И приходится наклониться, чтобы его услышать: — Обыщи реку.

На рассвете мое тело достают из реки.

На берегу собирается небольшая мрачная толпа. Случайно среди собравшихся оказывается ребенок, он видит мой труп и заходится громкими безутешными рыданиями.

Смерть беспощадна; она забрала у меня мою красоту. Кожа раздулась и начала отслаиваться, под ней проступила сетка темных вен, похожая на хитросплетение горных ручьев на карте. На запястьях и лодыжках остались воспаленные красные следы веревки. Мокрые нити черных волос прилипли к щекам, как водоросли. Губы побледнели и потрескались, глаза закрылись.

У Фань Ли вырывается вопль, похожий на крик раненого зверя.

Смотрящим хватает ума отойти в сторону, и они делают это вовремя. Он падает возле меня на колени и баюкает мое тело. Раньше он никогда не плакал, даже в плену у Фучая, когда его секли, живьем сдирая кожу. Но сейчас он рыдает. Его плечи дрожат.

Все кругом стихло, даже птицы перестали петь.

— Фань Ли, прошу тебя, — к нему подходит Лу И. Ему хватает смелости, другие боятся и слово произнести. — Мы узнаем, как это случилось. Может, ее унесло течением… и это был несчастный случай…

Фань Ли крепче меня обнимает, волосы выбиваются из узла и падают на плечи, щекочут мое лицо. Когда он начинает говорить, его голос звучит хрипло, это голос мертвого человека, того, кому нечего терять, потому что он уже лишился всего. Его глаза налиты кровью.

— Это не несчастный случай, — говорит он. Он пытался меня предупредить. «Опасайся вана Гоуцзяня», — написал он в записке. Но он просчитался, думал, что Гоуцзянь выждет, не станет действовать сразу. Думал, что у нас еще есть время.

Холодок пробегает по рядам собравшихся.

Лу И неуверенно смотрит на него.