Книга Расследование леди Ловетт, страница 162 – Вайолет Марш

— Я расправился с человеком лорда Эверетта. Два выстрела в грудь – по одному из каждого пистолета. У него не хватило приличия умереть с первого раза, но глупость подсказала ему попытаться выстрелить из длинноствольного оружия! Я также убил выездного лакея леди Харскар. Мне просто не понравился его внешний вид. – Хоули всегда обожал бахвалиться учиненными им злодеяниями. Удивительно, что этот эгоист сумел так долго сохранять ночные вылазки втайне.

Хоули настолько увлекся самовосхвалением, что его рука, державшая оружие, затекла, поскольку ствол начал уклонятся в сторону каменной стены, будто покачивался, как утка на штормовых волнах. На протяжении всей этой маньячной тирады Хоули все ближе подходил к карете, думая, что его движения остались незамеченными, но Мэттью предельно точно оценил ситуацию.

Потому что следующим выстрелом Хоули наверняка поразит цель.

Однако Мэттью не испытывал никаких укусов металлического страха, лишь холодную, невозмутимую решимость и легкое чувство триумфа. Мужчина склонил злосчастного брата к признанию в двух хладнокровных убийствах, и драгуны, находившиеся в карете, прекрасно расслышали каждое слово. Шарлотта наконец обретет настоящую свободу от этого человека, и не исключено, что и Мэттью тоже.

— Какая ирония, не правда ли, – заметил Мэттью. – Отец столько лет принимал меня за злобное, нечестивое существо в семье, а все это время порочным и дьявольским мерзавцем был именно ты.

— Мэттью? – Очерченная светом каретных фонарей фигура Хоули оцепенела от потрясения, а затем он разразился безжалостным хохотом. – Это действительно ты, Мэт? Возомнил, что способен угрожать мне? Ах ты, кусок дерьма!

Хоули выпрямился и попытался направить трепыхающийся револьвер в Мэттью. Однако прогремевший выстрел, сбивший шляпу с головы виконта, нарушил его планы. Учитывая точность попадания, это явно была работа Александра. Лошадь Хоули взвилась на дыбы, но он сумел удержаться в седле.

— Я твой брат, и хоть раз ты должен меня выслушать, – произнес Мэттью ровным голосом, поразительно соответствующим его душевному спокойствию. – Этот выстрел совершил Александр, который жаждет всадить свинцовую пулю в твое черное сердце. Но, поскольку мы находимся в присутствии двух драгунов Его Величества, он ведет себя весьма сдержанно.

Хоули судорожно старался усмирить взбесившуюся лошадь, дико озираясь в поисках стражи. При одном упоминании о солдатах из рощицы деревьев выскочили двое наездников, неистово подгонявших жеребцов, а из-за каменной стены на противоположной стороне дороги показался третий приспешник Хоули. Все соучастники бросились удирать, пришпоривая коней, которые перепрыгивали через живую изгородь и бежали в направлении поля.

— Это и есть твои товарищи, – бесстрастно проговорил Мэттью, услышав, как открылась дверь кареты. – А мои – это те, кто не сбегают как последние трусы.

Хоули неизменно окружал себя друзьями, но, оглядываясь назад, Мэттью невольно пришел к выводу, что все эти закадычные приятели тут же растворялись при первом намеке на неприятности.

Однако Мэттью твердо знал, что его товарищи никогда не покинут его, даже если придется подвергнуться смертельной опасности. И не потому, что у Мэттью имелся титул или состояние, которое он обязан был унаследовать. Просто мужчина завоевал их дружбу и уважение, и эта мысль придала Мэттью сил, о которых он и не подозревал.