Книга Медведь, страница 88 – Джулия Филлипс

Правда, им и раньше случалось преодолевать разлуку, и они справились, хотя Сэм не любила вспоминать те дни. Когда Элена перешла в среднюю школу, оставив младшую сестру одну в пятом классе; когда перешла в старшие классы, а Сэм застряла в восьмом. Когда Элена окончила школу и пошла работать в гольф-клуб, а Сэм считала дни, оставшиеся до выпускного. Элена снова и снова ускользала: ее приглашали на танцы, она участвовала в отборочном туре Национальной викторины по океанологии, сообщала Сэм, что клуб больше не нанимает сотрудников, – но всегда возвращалась к сестре. Рано или поздно.

К концу начальной школы одна девочка, Хлоя Макрэри, похвасталась в школьной столовой свежим маникюром – неоново-желтым, с тоненькой зеленой каемкой. Сэм обрадовалась: «Тебе это в “Трежерс” сделали? Моя мама там работает». Хлоя и ее гадкие мелкие подпевалы, столпившиеся вокруг, аж взвизгнули. «У тебя мама там работает? – переспросила Хлоя. – Какой ужас!»

До того момента Сэм не догадывалась, что маминой работы надо стесняться. Она вся вспыхнула. Весь тот год в школе она провела в одиночестве, наблюдая за тем, как другие девочки собираются кружком и перешептываются, вспоминают со смехом вечеринки с ночевкой, куда ее не звали, обсуждают чужие для нее темы: родителей, каникулы, экономок, домашних животных. Свой люминесцентный маникюр, замешанный на непонятном стыде.

Сегодня Элена сказала, что Сэм не слушает, не понимает. А ведь когда-то Сэм очень старалась понять. На переменах и обедах в школьной столовой, долгие дни и годы своей юной жизни она болталась на краю чужих компаний, безуспешно пытаясь уразуметь смысл их разговоров. Какой ужас, сказала Хлоя. Это и правда ужасно? А почему? Сэм потом спросила сестру, но та просто бросила со всей уверенностью двенадцатилетки, говорящей о девочках на год младше: «Да какая разница, что они болтают? Кому они вообще нужны?»

И Сэм приняла такую философию. Они с Эленой – вот что имеет значение, а остальные просто помеха. Она перестала ходить за одноклассниками в обед, на переменах или в раздевалке. Не стала записываться в спортивные команды и в хор. Когда Сэм перешла наконец в среднюю школу, она постаралась по мере сил подстроиться к расписанию Элены, чтобы на переменах гулять вместе. Если не получалось, Сэм сидела одна. К тому времени, как она перешла в старшую школу Фрайди-Харбор, у нее уже сложилась репутация неудачницы. Нищей, странной и мрачной. Она избегала общения, хамила всем, кто к ней подходил. Сэм неявно транслировала мысль, которую когда-то высказала старшая сестра: остальные не имеют значения, так что какая разница?

А вот Элена вела себя по-другому. В старших классах Сэм заметила, что сестру никто не считает изгоем и чудачкой. Ребята из самых разных тусовок дружелюбно болтали с ней; учителя на тех факультативных занятиях, где Сэм и Элена оказывались вместе, охотно вызывали ее отвечать; школьный консультант по обучению даже обещал написать ей рекомендательное письмо для колледжа. Элена тем временем улыбалась, кивала, пожимала плечами и ускользала. Однако ее отстраненность выглядела вежливой и милой. Она не принимала ничьих правил, но со всеми была любезна, и за это ее любили. Наблюдая со стороны, Сэм боялась, что Элена вот так и от нее отдалится.