Книга Халид, я расправляю крылья, страница 29 – Люсинда Миллер

— На завтрак придете? Там еще оставался шашлык и овощи.

— Думаю, да. Мне бы и кофе хватило, но Елисей точно запросит мяса, – и так скривила личико, изобразив голодного сына, что вызвала смешок.

— Мужчина без мяса – хилый койот! Ладно, ступай, привет сыну, – и спешно покинул порог ее жилища.

Расставаться становилось все сложнее.

Стою над водопадом,

сродняясь с птицами и с Нель.

Гюнель.

После завтрака, взяв в аренду пару высоко проходимых УАЗиков, заполнив их собою, плотно двинулись в сторону озера Мочох. От места наших домиков около тридцати километров серпантинной дороги. Я рассчитывала избежать поездки с Халидом в одной машине, намереваясь сесть с Антоном и его семьей. Но сын то ли по своим понятиям, то ли с зазывания Дамирова пошел к его машине. У меня не осталось выбора. Эти мужчины будто в сговоре все время вынуждали меня к подчинению им. В последний момент Халид уступил место водителя другому отцу, пересев в салон. Елисей запросился к окошку, а я, зажатая между ним и молодым тренером, вынуждена была терпеть близкое присутствие. Вскинув взгляд, прочитала триумф на лице соседа. Час пути вышел экстремальным. На каждом повороте либо сосед приваливался на меня, изображая беспомощность, либо захватывал меня и прижимал к боку.

— Держись, Нель, очередной вираж.

— Хватайся за меня, мы на склоне.

— Сейчас повернем, обопрись, – шептал в ухо.

И так весь путь. Я лишь молчала, рычала и злобно смотрела на шутника. А он таковым и казался. Подростком – переростком. Хорошо, что в салоне играла музыка и не прекращался разговор родителей. Никто не замечал домогательств. Сын видимо тоже. Я только могла ущипнуть его в ответ. Или хлопнуть по блудливой руке ладошкой. Где-то внутри женщина искрила, но моя стыдливость и вера в приличие глушила порывы.

Приехав, следом за сыном выскочила из авто, только ощутила, как ладони каратиста успели схватить меня за ягодицы и сжать. Я тут же покрылась румянцем, ощутив жар не только на щеках, но внизу живота. Перед ним я слабела.

Вид с горного плато на озеро завораживал своей мощью бездонного водяного котла. Многоярусная серпантинная дорога выделялась белой нитью, уходя за очередной холм. Рельефные склоны, отшлифованные дождями и талыми водами, перемежались буграми и выемками; зеленели сочной майской растительностью, вкраплением цветов. Вода, ярко бирюзовая, отражала ясное безоблачное небо. В глазах рябило от сине-зеленых красок. Цвета весны и жизни.

Все начали щелкать камерами гаджетов, пытаясь запечатлеть лучшие моменты жизни. Но самые прекрасные кадры останутся в нашей голове.

По тропинке спустились к озеру. Прямо у воды, вдоль берега несколько деревянных домиков и открытых беседок. Качели с видом на Мочох – локационное местечко для фотосессий. Столбики, удерживающие канаты и деревянную перекладину, увешаны памятными разноцветными лентами. Каждый желал оставить свой след и повторить приезд. Стенд с картой местности и кратким описанием о его происхождении.

Кто-то прочитал вслух: “Озеро образовалось осенью 1963 года из-за огромного оползня, медленно перекрывшего долину реки, образовав каменную плотину и запруду...”

Нас радушно встретили хозяева маленького кафе. Другая кучка туристов, насытившись красотами, уже отбывала восвояси. Мужчины арендовали катамараны. Кто-то взял удочки и отправился на добычу обеда.