Книга Отец подруги. Ты моя проблема, страница 3 – Ульяна Краш

Глаза, привыкая к полумраку, различают очертания комнаты. Тяжёлые шторы плотно задёрнуты, приглушая дневной свет. В воздухе висит густой запах алкоголя, пота и сигарет. Много диванчиков, столиков, заваленных объедками и недопитыми бокалами. Остатки былой роскоши, превратившиеся в свинарник. Здесь, видимо, был приём. Но все настолько напились, что утратили человеческий облик.

В полумраке копошатся какие-то фигуры. Кто-то спит, свернувшись калачиком на диване, кто-то обнимается в углу, не обращая внимания на происходящее. Пьяные лица, расплывшиеся улыбки, бессмысленные взгляды. Мир, вывернутый наизнанку, где мораль и приличия давно забыты. Страх сковывает меня, лишая возможности двигаться.

Толстяк, тяжело дыша, нависает надо мной, словно гора. Его глаза горят похотью и злобой. Он хватает меня за руку и дёргает на себя. Я пытаюсь сопротивляться, но он сильнее. Его дыхание обжигает моё лицо, отвратительный запах виски и пота вызывает отвращение.

— Раздевайся, — командует он. — Будешь отрабатывать.

— Да пошёл ты! Я ничего у тебя не крала козёл.

Пощёчина прилетает так неожиданно, что меня назад откидывает. Голова кружится, щека огнём горит.

А толстяк уже рвёт с меня юбку.

— Михалыч, с девочками понежнее, — раздаётся из глубины комнаты спокойный мужской голос. Он на фоне всего сумасшествия выглядит самым нормальным.

— Спасите! — кричу из последних сил. — Спасите меня.

Мне кажется, толстяк меня сейчас раздавит, а если не раздавит, то задушит. Он затыкает мне рот, заодно и нос зажимает свой вонючей ладонью. Не могу дышать. Дёргаюсь, извиваюсь, пытаюсь сбросить с себя этот мешок говна.

В глазах темнеет, лёгкие жжёт огнём, кажется, это конец. Но вдруг чувствую, как захват ослабевает, и меня отпускают. Кашляю, хватаю ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег. Вижу, как незнакомец — тот самый, спокойный, из глубины комнаты — оттаскивает толстяка от меня. Михалыч мычит, брыкается, пытается вырваться, но незнакомец держит его крепко, словно стальным обручем.

— Я сказал, с девочками нужно понежнее, — повторяет он, и в его голосе слышится сталь. — А ты, я смотрю, совсем берега потерял.

Толстяк, пыхтя и матерясь, вырывается из его хватки и отступает, потирая шею. В его глазах плещется злоба, но он явно побаивается этого человека. А тот поворачивается ко мне. Высокий, мощный, с короткой стрижкой и пронзительным взглядом серых глаз. В его движениях чувствуется сила и уверенность. Он протягивает мне руку.

— Идём, — говорит он. Его голос звучит мягко, успокаивающе.

Я киваю, принимаю его руку и поднимаюсь на ноги, чувствуя, как лодыжка пронзает острой болью. Незнакомец замечает мою гримасу, подхватывает меня на руки и несёт наверх.

— Куда? — только и успеваю выдохнуть.

— Со мной побудешь, — отвечает незнакомец.

Он заносит меня в комнату. Здесь светлее, чем внизу, хотя шторы тоже задёрнуты. Большая двуспальная кровать застелена тёмным покрывалом. На прикроватной тумбочке стоит лампа с абажуром, бросающая мягкий свет на комнату. Ничего лишнего, просто и функционально. Незнакомец ставит меня на пол.

— Спасибо вам большое, — выдыхаю я с благодарностью.

Мне действительно повезло, что хоть один адекватный человек нашёлся.

— Не за что, — отвечает сухо. — Надеюсь, для тебя это послужит хорошим уроком.