Книга Моя. По праву истинности, страница 92 – Виктория Кузьмина

Он... такой большой. — это была единственная мысль, пронесшаяся в оглушенном сознании. Он был так велик, так глубоко, что границы моего тела казались стертыми.

Боль и удовольствие сплелись в один ослепительный клубок. Альфа замер на секунду, взгляд алых глаз, полный торжествующей одержимости, впился в мое лицо.

— Чувствуешь? — прошептал он хрипло. — Чувствуешь, что ты вся моя?

Он начал двигаться. Глубоко, медленно, почти болезненно вымеряя каждый толчок. Руки сжали мои бедра так сильно, что наутро останутся синяки.

Но сейчас это лишь подливало масла в огонь. Я обвила его спину ногами, притягивая ближе, пальцами впиваясь в его мощные, каменные плечи.

Стоны рвались из груди беспрерывно, низкие, похотливые, незнакомые. Сил сдержать их не было.

Он сменил позу, перевернув на живот и приподняв за бедра. Вошел снова с тем же властным напором, и с этой позицией он достигал еще более сокровенных глубин. Он двигался так, словно присваивал себе.

Одной рукой намотал мои распущенные волосы на кулак, слегка оттянув голову назад, заставляя выгибаться. Другой сжимал бедро, направляя движения, полностью контролируя ритм.

— Кончай для меня, Майя, — рычание у самого уха, властное и не терпящее возражений. — Сейчас.

Его команда, его власть, его член, бьющий точно в самую чувствительную точку внутри — этого было достаточно. Оргазм накатил с такой силой, что мир взорвался белым светом.

Я закричала, сотрясаясь в судорогах удовольствия, чувствуя, как он, с рыком, достигает пика и изливается глубоко внутрь, горячими, бесконечными толчками. А потом пришла боль. Альфа укусил меня. Его клыки вошли в мою шею мимолетно, но так ощутимо. Медленно прошелся по ране языком, слизывая кровь.

Я лежала, тяжело дыша, полностью опустошенная, чувствуя, как его семя вытекает из меня и пульсирует на шее его метка. Знак принадлежности этому альфе. Но прежде чем успела прийти в себя, он выскользнул из меня, грубо перевернул на спину и снова раздвинул мои ноги.

— Еще не конец, моя сладкая, — в его голосе звучала темная усмешка. Он снова был тверд и готов. — Я не насытился тобой.

И вошел снова. Теперь, после оргазма, каждое движение было обострено до сладкой боли. Чувствительность зашкаливала. Он двигался быстрее, резче, словно пытаясь выжать из меня каждую каплю наслаждения, стереть все мысли, оставить только себя.

— Я... не могу... — я плакала, захлебываясь стоном, но мое тело, предательское и жадное, отвечало ему, сжимаясь вокруг него в новом витке возбуждения.

Он снова перевернул меня, на этот раз посадив сверху, спиной к его груди. Его руки сомкнулись на моих бедрах, властно направляя меня, заставляя двигаться в такт его яростным толчкам снизу. Он входил в меня снова и снова, и я чувствовала, как новый оргазм начинает коварно подбираться, еще более сильный, чем предыдущий.

— Готовься, — прошептал он, касаясь губами мочки уха. Его рука отпустила бедро и обвила талию, прижимая спиной к его груди. Другой рукой наклонил мою голову, подтягивая к своей шее. Его дыхание было горячим и прерывистым. — Кусай. И кончай.

Его приказ прозвучал в самый пик наслаждения. Я не думала. Повиновалась. Мои зубы впились в его кожу у основания шеи в тот самый миг, когда тело взорвалось от сокрушительного оргазма. Во рту почувствовала солоноватый, медный привкус его крови.