Книга Как выжить в Империи записки барышни-фабрикантки, страница 115 – Виктория Богачева

Сестра сидела напротив, молчаливая и даже напуганная. Неужто вновь что-то случилось с драгоценным муженьком? Или намерена просить у матери денег и потому опустила очи долу?.. Её бесполезный супруг, но зато с титулом барона, с аппетитом уплетал изысканную говядину, их старший сын — бледный мальчишка с длинной шеей — испуганно косился по сторонам.

— ... ах, если бы Павлуша был сейчас с нами, — услышал я вздох матери и сильнее сжал ножку бокала.

— Ваня, — сестра посмотрела на меня огромными, оленьими глазами. — Ты не мог бы... не мог бы уделить Мишелю немного времени после ужина? Нам нужна твоя помощь?

— Снова? — хмыкнул я, и она обиженно засопела.

Тянуло запустить бокал в стену. Любопытно, так полагается вести себя князю в глазах моей матушки? Бить посуду, кричать на слуг?

Единственная женщина, которой я хотел помочь, по-настоящему хотел, избегала меня как огня.

Какая превратность судьбы.

Я вспомнил Веру в нашу последнюю встречу, и мне вновь стало тошно. Я разочаровал и её. Она меня жалела. Удивительная женщина.

Сбоку в сознание вонзались голоса Лилианы и матери. Кажется, они обсуждали очередную светскую сплетню. Прикрыв на мгновение глаза, я представил такой же вечер через десяток лет. Мы женаты, и эти узы связали нас крепче любых верёвок. Ничего не изменится, и я по-прежнему буду источником недовольства и для матушки, и для дражайшей супруги, ведь работать меньше я не стану. Лилиана морщит носик, мать ей поддакивает, я сижу, скриплю зубами и терплю...

... — правда, Иван Кириллович? — невеста дала о себе знать и легко прикоснулась к моему локтю.

— Что именно? — сухо спросил я, даже на неё не взглянув.

Но Лилиана не позволила досаде коснуться своего прелестного личика.

— Мы обязательно порадуем вашу матушку внуками, — с нажимом произнесла она.

Я посмотрел на неё и натолкнулся на хищный, акулий взгляд. Моя мать поправила сапфировое ожерелье на груди.

— Твой отец подарил мне его на рождение Павлуши, — сказала она и погладила насыщенно-синие камни. — Ты должен будешь преподнести Лилиане бриллиантовую пару, как благодарность за её ангельское терпение. Ах, моя дорогая, мне так жаль, что ваша помолвка затянулась.

— Ничего страшного, мам а , — сладко улыбнулась невеста. — Мы уже гораздо ближе к её окончанию, чем к началу, — и она сомкнула пальцы на моём локте.

— Отпусти, — бросил я сквозь сжатые зубы, и нехотя Лилиана разжала хватку.

Я нарочитым движением стряхнул с торжественного фрака невидимую соринку и одёрнул рукава.

Внуки...

Речь о них заходила всякий раз, как Лилиана встречалась с моей матерью. Любой разговор непременно сводился к этой теме. Кажется, мне придётся привязать к себе дражайшую супругу, чтобы она не сделала меня отцом бастрюка.

Я нанял кое-кого, чтобы следил за ней. Потому что опасался, что в её хорошенькую головку придёт мысль как-то насолить Вере. В первую очередь Лилиана была женщиной, и она чувствовала, не могла не чувствовать, что меня тянет к Вере. Не знала лишь, как сильна эта тяга. Я пытался обуздать своё влечение — для её же блага. Не искал встреч после той возле её старого дома, не навязывал свою помощь, хотя узнавать новости о Вере от других мужчин было неприятно.

Давыдов поручился за неё перед купечеством, Головин вкладывал средства в её проджект, а Субботин занимался всеми её прочими делами.