Книга Как выжить в Империи записки барышни-фабрикантки, страница 56 – Виктория Богачева

Князь молча вернулся к чтению. По мере того, как его брови всё больше хмурились, сердце у меня падало всё ниже.

Наконец, он аккуратно сложил листы и положил их на стол.

— Хорошо, — сухо заключил. — Мы все это проверим. Но, милости ради, расскажите, почему вы не обождали с письмом до завтра? Если наследство существует, оно никуда не денется за один день.

Я вздрогнула и почувствовала, как по коже пробежал мороз.

— Степан был у стряпчего... я боюсь возвращаться домой, он совсем лишился рассудка. Пожалуйста, помогите мне добраться до Твери и встретиться с нотариусом. Я расплачусь с вами, как только получу наследство!

— А как же ваши знакомые с Хитровки?

Его вопрос заставил меня замереть и прищуриться.

— Не нужно разыгрывать удивление, Москва — город маленький, я узнал молодого господина, который вам помогал.

— Откуда же у вашей светлости такие познания в хитровских бандитах? — вопрос слетел с языка, прежде чем я успела хорошенько осмыслить колкую реплику.

Я слишком сильно разнервничалась, вот и прорезались эмоции, которые прежде получалось сдерживать. Пришлось втянуть носом воздух и медленно выдохнуть, заставляя себя успокоиться.

Нельзя дерзить Урусову, пусть и очень хочется, нельзя лишаться его помощи. Тем более, когда я прошу его об одолжении.

Очередном.

Странно, но князь тоже замолчал несмотря на злость и раздражение, которые он безуспешно пытался подавить.

— Впрочем, — решительно отсёк он, — это не моё дело.

— Я случайно помогла мальчишке… сыну одного из них, — тихо призналась я. — Думаю, это такая своеобразная благодарность. Присматривать за мной.

— Будьте осторожны, мадам, — лишённым эмоций голосом посоветовал князь. — Связь с хитровцами вас не украсит. У вас ещё есть репутация, которую не стоит терять.

Очередную колкость я проигнорировала.

Раздавшийся из приёмной шум заставил Урусова резко вскинуть голову. Что-то грохнуло, как будто упал стул, и он поспешил к двери.

Перевёрнутый стул действительно валялся на полу, и я успела увидеть подол бордового пальто, прежде чем графиня Вяземская скрылась в коридоре, захлопнув дверь с такой силой, что затрещал потолок.

Князь бросился за ней, а я, проводив его рассеянным взглядом, осталась в кабинете, не зная, куда себя деть. Он не закрыл дверь, и невольно я услышала обрывок их ссоры.

— ... вечно нет до меня никакого дела... важнее меня... на последнем месте...

Почувствовав себя пятым колесом в телеге, я подошла к двери и прикрыла её, а потом уселась на стул. Какая-то часть вины лежала и на мне, ведь я пришла без приглашения, отвлекла Урусова, который, наконец, освободился.

Так что его невесту я могла понять.

Князь вернулся довольно быстро. Влетел в кабинет широким, размашистым шагом, выдававшим скрытое, бурлящее в крови бешенство, но со мной заговорил тихо, чеканя каждое слово.

— Завтра отправитесь в Тверскую губернию с Николаем Алексеевичем, я распоряжусь. Нынче отдам вам свой экипаж, Ефим проследит, чтобы вы благополучно добрались до квартиры.

— Благодарю вас... — потрясённо выдохнула я, не ожидая получить и половины.

— Идёмте, Вера Дмитриевна. Час уже поздний.

Урусов отвернулся, скрывая лицо, и я вновь почувствовала вину.

— Мне жаль, что так вышло... — поддавшись глупому порыву, тихо сказала я.