Книга Красивый. Грешный. Безжалостный, страница 24 – Виктория Кузьмина

Не знаю, с чего я решила, что Каин приедет раньше всех. Наверное, интуиция, обострившаяся из-за нашей связи, подсказывала.

Чутье не подвело.

Черный монстр плавно заехал на парковку, разрезая утреннюю тишину шуршанием шин. Я тут же выпрямилась, отряхивая джинсы от крошек и пыли.

Господи, кто придумал строить каменные лавки в нашем климате? Это же прямой билет в больницу с отмороженной задницей.

Я подхватила пакет с «подарком» и двинулась к его машине. Старалась идти спокойно, уверенно. Но чем ближе я подходила, тем быстрее испарялась моя решимость.

Он вышел из машины.

На нём была белая рубашка, расстегнутая на пару верхних пуговиц, и черная кофта, наброшенная поверх. Черные брюки сидели идеально. Он выглядел как модель с обложки журнала «Власть и Деньги». Красивый. Смертоносный. Высокий и сильный.

Меня пробрала дрожь от одного его вида.

Я знала, что многие в институте до безумия его боялись. И не зря. Вчера я аккуратно спросила Кисе о нем. Она любила все, что связано со сплетнями и слухами и начала рассказывать все , что о нем знала.

Как я и думала. Он был опасным. В прошлом году он сцепился с каким-то парнем. Никто толком не знал причины, но Каин тогда ходил мрачнее тучи. А того парня, опять же по слухам, до сих пор собирали по частям в больнице.

Для этого альфы не существовало слова «нельзя».

Вчера я так же провела вечер в интернете, пытаясь найти хоть что-то, что дало бы мне информацию. Клан Деза. Огромные территории не только в нашем городе, но и в столице. Одна из самых влиятельных семей полуострова. Деньги, которые невозможно сосчитать. Влияние на правительство, которое невозможно переоценить.

Его отец, Джуго Деза, имел такую биографию, от которой кровь стыла в жилах. Безжалостный. И его сын, по слухам, ничем ему не уступал. А в некоторых вопросах был ещё более жестоким.

Каин заметил меня не сразу. Он достал бутылку воды из машины, открутил крышку. Я подошла ближе, и он наконец повернул голову.

Взгляд его серых глаз ударил меня, как физическая волна.

— Я же сказал, чтобы ты приходилапослепар, — отрезал он вместо приветствия, делая глоток. Голос был ровным, но в нём звенела сталь.

Я сглотнула, стараясь не смотреть на то, как двигается его кадык. Протянула ему пакет с золотой эмблемой.

— Мне это не нужно. Забери.

Он медленно опустил бутылку. Приподнял одну бровь, и его глаза сузились, превращаясь в опасные щелочки. От него буквально фонило доминантной агрессией. Воздух вокруг стал тяжелым, густым.

— А что, дизайн принцессе не понравился? — в его голосе проскользнула ядовитая насмешка. — Или слишком дёшево для тебя?

Я выдохнула, впиваясь ногтями в ладони, чтобы удержать маску спокойствия.

— Мне нет дела до дизайна. И до того, сколько стоит эта сумка. Я с ней не могу никуда пойти. Мне нужнамоясумка. В которую я могу положить тетради. Которую ты, кстати говоря, тоже выкинул. Как ты вообще мог?! Что я на парах скажу?

Мой голос сорвался на последних словах. Обида, которую я пыталась подавить, всё-таки прорвалась наружу.

Он смотрел на меня в упор. Долго. Изучающе. Словно я была каким-то странным насекомым, которое посмело пискнуть.

Потом он молча взял у меня пакет.

И одним резким, небрежным движением швырнул его в ближайшую урну.

Пакет глухо ударился о металлическое дно.