Книга Учебные хлопоты сударыни-попаданки, страница 103 – Ри Даль

— Не вижу искренности, — заметила Анастасия Демидовна.

— Искренне раскаиваюсь! — заверил маленький княжич.

— И всё равно я тебя не прощаю! — упиралась Мари с враждебным видом.

— Ну, и не надо мне твоего прощения! — взбеленился Сашка. — Подумаешь! Я вот вырасту и женюсь на самой-самой красивой девочке! И она не будет злая, как ты!

— А вот и не злая я!

— Дети, — осекла обоих крикунов Куракина. — Ещё одна перебранка, и все останутся без конфет.

— Не-е-ет! — хором завыли все трое.

Я прыснула в ладонь, прекрасно зная, что Анастасия Демидовна только с виду строгая и непреступная, но на самом деле она никогда не исполнит подобной жестокости.

— Так что же? Мария Алексеевна, Софья Михайловна, прощаете вы Александра? — дала он им последний шанс.

Девочки скрепя сердце согласились на христианское прощение, а княгиня смягчилась до того, что даровала конфеты всем. И через пять минут спорщики уже забыли о чём спорили.

В этом момент в комнату вошёл граф. Он был в мужской компании и появился только сейчас. Ещё от дверей Скавронский бросил на меня взгляд, и я смутилась, хотя во взгляде этом не было ничего компрометирующего, но мне казалось, что буквально все видят и понимают, как нам трудно скрывать свои чувства, находясь так близко и так нестерпимо далеко друг от друга. Порой казалось, это расстояние никогда не будет преодолено, никогда не наступит тот день, когда мы сможем принадлежать друг другу без оглядки.

А что, если он и не наступит?

Княгиня Куракина, да и сам Скавронский, прекрасно понимали, что союз уважаемого графа и дворянки без титула из обедневшего рода — мезальянс. И как только имение Скавронского постигло несчастье, Алексей Дмитриевич как никогда ощутил на себе, что значит поддержка твоего общества. Не только Куракина, но и другие знатные господа желали помочь овдовевшему графу. Скавронский принимал сочувствующих первое время почти каждый день, и каждый из визитёров не оставался равнодушен, так как Скавронские и Трубецкие, чью фамилию носила покойная Ольга Михайловна, были людьми достаточно известными и уважаемыми, даже невзирая на неоднозначные поступки графини.

А как будут обстоять дела, когда Алексей Дмитриевич объявит о своём намерении жениться на мне? Очень вероятно, многие могут отвернуться. Сможет ли пережить это граф, особенно сейчас, когда в этом доме его постоянно окружало исключительно великосветское общество?..

— Что тут был за шум? — спросил граф, подходя к нашему уголку.

Дети уже занялись другой пасхальной игрой, но на сей раз Мари сама выбирала для Сашки подходящее, по её мнению, яйцо. Они снова спорили, потому Сашка был не согласен с выбором, но пока не собирались устраивать побоище.

— Ничего фатального, — заверила я. — Просто иногда даже безгрешные дети не лишены греха обмана.

— Вот как? И кто же обманул? Надеюсь, не моя дочь отличилась?

— Нет-нет! — отмахнулась княгиня. — Это опять наш Александр решил проторить дорогу к сердцу дамы не самым честным путём, — она засмеялась. — Как говорится, на войне и в любви все средства хороши.

— В любви? — уточнил Скавронский.

Куракина только снисходительно улыбнулась:

— Алексей Дмитриевич, сразу видно, что вы мужчина неискушённый в сердечных делах. Зато у вас прекрасное доброе сердце, это главное.