Книга Охотник за головами, страница 91 – Гловер Райт

— Что ж, черт побери, они, наверное, правы! А это означает, что и дело, которое мне предстоит совершить, тоже правое! Я помогаю не допустить катастрофу у себя на родине. Ну а что пытаетесь сделать вы, Картер? Запугать меня? Остановить?

— Я говорю вам, что у ЦРУ нет права на подобную правоту.

— Ну, и что же вы мне предлагаете?

— Обо всем рассказать англичанам.

— Англичанам? Но ведь они убили моего мужа. И скорее всего, именно они похитили моих детей. Вы сошли с ума?

— Английский народ, Кэт, в этом не виноват. А если Лэнгли ошибается в своих расчетах, то страдать придется английскому народу. Может быть, у них все-таки есть право узнать о том, что происходит? Узнать, как минимум, природу угрожающей им опасности?

— Мне не хочется быть причастной ко всей этой истории. Не усугубляйте моего положения.

— Но вы уже причастны к ней, Кэт.

— Вы не имеете права ставить меня перед выбором!

Он поглядел на нее:

— Это не вопрос выбора. Только знания. Как раз сейчас – в сложившихся обстоятельствах – вы над этим не задумываетесь. Но позже задумаетесь – особенно если все обернется самым зловещим образом. И чтобы справиться с этим позднее, вам надо взвесить тяжесть своей ответственности уже сейчас. Вам надо убедить себя в том, что вы приняли единственно возможное решение. При любом другом раскладе вы рано или поздно сойдете с ума.

— Сколько? О скольких людях идет речь?

— Взрыв нейтронной бомбы в большом городе? Если хорошо выбрать время и место? Когда счет перевалит за тысячу, кто станет считать дальше?

— Черт бы вас побрал, Картер!

— Наверное, он так и сделал.

Кэт посмотрела на него:

— Давайте сюда Френкеля.

— Что вы собираетесь делать?

— Я – мать! Чего вы от меня ждете? Чтобы я сидела сложа руки, пока будут убивать моих детей? Я сделаю все, что мне нужно сделать.

Темный силуэт постоялого двора на вершине скалы отчетливо вырисовывался на фоне рассветного неба. Тусклый свет, мерцавший где-то в дальней части нижнего этажа, как бы посылал вовне тайный знак «добро пожаловать».

— Проезжай мимо, – распорядился Рик.

— Почему? – удивился Дейв.

Рик укоризненно посмотрел на него, вздохнул.

— Хозяин живет тут один, ездит на мопеде, который стоит у входа. Единственная девчушка, работающая в баре, живет в деревне, приезжает сюда на велосипеде, я с ней как-то потолковал. Мы единственные постояльцы и занимаем оба номера. Так что есть он, есть мы, но есть еще и автомобиль, припаркованный сейчас у входа. Ты невнимателен, Дейв.

— Мне надоело, Рик.

— Жить тебе надоело!

— Ну, и куда же мне ехать?

— Еще милю вперед, затем вернемся к подножию утеса со стороны моря. А они будут ждать нашего появления со стороны суши.

— Кто они, Рик?

— Не имеет значения. Я же с самого начала сказал тебе. Как только все закрутится, на нас станут охотиться все. А кто именно эти, мы скоро узнаем.

— Но они же не видели, как мы проехали.

— При плохом освещении они видели только, что мимо проехала машина. И то не наверняка. Но мы заставим их подождать. Обратно мы пойдем не спеша. Наслаждаясь природой, любуясь восходом. – Он посмотрел на детей на заднем сиденье. – Спят. Чистые ангелочки!

— А с нашими все в порядке?

— Они мертвы.

Дейв резко повернулся к нему.

Рик улыбнулся:

— Вернись к действительности, Дейв. Я не намерен губить наше будущее.