Книга Проклятие бронзовой лампы, страница 28 – Джон Диксон Карр

— Репортеров впускать нельзя, миссис Помфрет.

— Пусть это не мое дело, сэр, – повела плечами экономка, – но я не представляю, как можно не впустить полицию.

— Напротив, – сухо ответил Кит Фаррелл, снова превратившись в самого себя, хладнокровного молодого упрямца, решающего практическую проблему, – такое право у нас имеется. В конце концов, здесь не было совершено никакого преступления.

— Разве? – прошептала Одри, и на лбу Кита надулись вены.

— Да. Насколько нам известно, преступления не было, и при желании можно сказать всей полицейской рати, чтобы катились ко всем чертям. Разве непонятно, миссис Помфрет, что наша главная задача – сделать так, чтобы лорд Северн как можно дольше оставался в неведении?

— Ах! – сказала вдруг миссис Помфрет и от испуга зажала рот ладонью. – Мне жаль, очень жаль, но на самом деле… Ведь столько случилось ужасного! Еще и каблограмма из Каира!

Кит вынул сигарету изо рта.

— Что за каблограмма?

— От его светлости, сэр. Незадолго до шести, перед самым закрытием почты, позвонил почтальон, мистер Голдинг. Его слова были адресованы… – Экономка кивнула на Бенсона. – Но тот, будто сыщик, допрашивал садовников, разговаривал со всеми подряд, обыскивал дом и велел не беспокоить его. Поэтому я записала текст, а затем, боюсь, попросту… – Говоря все это, миссис Помфрет шарила в переднем кармане плиссированной черной юбки с таким отвлеченным видом, будто собиралась раздеться. Наконец она выудила листок для записей, развернула и разгладила его.

— Позвольте взглянуть, сэр, – тут же вмешался Бенсон и подплыл к ним с протянутой рукой, но Кит, самым прискорбным образом забывший о манерах, выхватил бумажку у миссис Помфрет, поскольку с появлением этого листка с грохотом рухнули все заранее приготовленные планы.

элен в порядке? алим бей изрек новое пророчество тчк не волнуюсь зпт но хотел бы удостовериться тчк прошу позвонить мне в каирскую гостиницу континенталь савой в девять вечера по вашему времени тчк граф северн

— Ну, теперь все, – выдохнула Одри, читавшая записку из-за плеча Фаррелла. – Ничего не поделаешь, Кит. Придется звонить ему прямо сейчас.

— Да. Боюсь, что так.

— А если нет, – продолжила Одри, – он сам позвонит. И поймет, что дело нечисто, независимо от того, что мы скажем. Кит, какой ужас! Кто-то…

— Раскачивает лодку. Да, я заметил.

— Если все же позволите, миссис Помфрет, – встрял Бенсон, полным достоинства жестом отодвигая экономку в сторону и выходя вперед, – я разберусь с полицией и прессой. Правильно ли я понимаю, мистер Кит, что никого нельзя впускать в дом?

— И даже на территорию, – подтвердил Кит, – пока мы не решим, что делать. Если у вас есть собаки, спустите их с цепи.

— Простите, сэр, – сказала миссис Помфрет, прежде чем ошеломить всех очередным сногсшибательным известием, – но это неприменимо к джентльмену, уже вошедшему в дом. Этот джентльмен, – объяснила она, повысив голос, когда все трое обернулись к ней, – явился раньше репортеров. Просто подъехал к дому, мистер Бенсон! Ворота всегда открыты. Теперь он в библиотеке, рассматривает книги. Но говорит, что… – Заканчивать фразу не было нужды.

Никто не обратил внимания на тяжелую поступь в коридоре, но все услышали, как твердая рука повернула дверную ручку, и увидели, как на пороге распахнувшейся двери, заполнив всю ширину проема, появляется громадина, при первом взгляде на которую Одри отскочила в сторону.