Книга Проклятие бронзовой лампы, страница 92 – Джон Диксон Карр

Даже не красуйся его фото на страницах всех газет, Кит узнал бы этого человека по красному тюрбану на голове. В шоколадно-коричневом костюме, нисколько не улучшавшем цвет кожи, долговязый Бей казался еще более костлявым, словно высохший мертвец. Его яркие черные глаза едва не выкатывались из орбит. Алим Бей молчал, но его торчащий кадык спазматически подергивался. Вдруг прорицатель поднял руку и выставил ее в сторону сэра Генри, скрючив пальцы в подобие птичьей лапы, поскольку Г. М. рассеянно подался вперед и стряхнул сигарный пепел в бронзовую лампу, будто в самую обычную пепельницу.

— Так я, понимаете ли, видел ситуацию, когда вернулся в Англию. Девица выдумала какой-то трюк и, по всей вероятности, попробует его реализовать. Если я был прав, – как я и сказал каждому из вас, – то все в порядке. И все же, черт побери, я не был уверен на сто процентов. – Сэр Генри обвел присутствующих кислым взглядом. – Полагаю, в каждом из нас найдется кроха суеверия, не перестающая шептать: «Да, это невозможно, но что, если?..» Понимаете? Я сидел, размышлял, и эта мысль не давала мне покоя. Поэтому, когда в гостинице «Семирамида» мне сказали, что Элен Лоринг только что уехала в Северн-Холл, в четверг вечером я сам отправился сюда же. И вовсе не лишился чувств от изумления, когда Кит Фаррелл сообщил, что девица исчезла. Но что удивило меня, да и весьма взбодрило, так это обстоятельства ее исчезновения. Господи! На первый взгляд все выглядело как первоклассный фокус со знаком качества! Видите ли, я всем сердцем одобрил бы этот номер, если бы девица выкинула его по собственной воле. На этот случай мне не хотелось молоть языком, чтобы не оказать ей медвежью услугу. Поэтому для начала, как я всем и сказал, требовалось созвониться с лордом Северном. Поняли почему? У лорда Северна слабое сердце, он уже был нездоров и вдобавок пребывал в расстроенных чувствах… Но об этом чуть позже. Девица очень любила его. Вряд ли она сделала бы вид, будто угодила под удар волшебной молнии, не предупредив отца о своих планах. Иначе новости свели бы его в могилу. В Лондоне у Элен было предостаточно времени, чтобы отправить отцу письмо авиапочтой. Она могла бы поведать ему о своей расчудесной задумке или просто написать: «Что бы ты ни услышал, не волнуйся, это всего лишь способ покончить с пресловутым проклятием». Вот я и смекнул, что в разговоре с лордом Северном можно многое выяснить – хотя бы по тому, как он воспримет новости.

— Так вот оно что! – заерзала в кресле Одри Вейн.

— Да, милочка. Именно так.

— Но…

— Помолчите-ка, – твердо велел сэр Генри, – и дайте договорить!

— Хорошо. Простите.

— Тем временем, – вернулся к делу Г. М., – в комнате девицы я задал Бенсону множество вопросов. Чем дальше, тем спокойнее и ровнее он отвечал, и тем сильнее я утверждался в двух подозрениях. Во-первых, за этим фокусом и впрямь стояла Элен Лоринг. А во-вторых, старина Бенсон был ее сообщником и действовал с ней в сговоре.

— Бенсон! – воскликнула Одри.

Все посмотрели на дворецкого.

На лице Бенсона, степенно стоявшего за креслом сэра Генри, сверкала безмятежная, если не сказать счастливая, улыбка. Он как бы отстранился от происходящего и сказал лишь, величественно кивая:

— Прекрасная мысль, сэр.

— Во-первых, – продолжил Г. М., – Бенсон – старый слуга этой семьи. Элен много о нем рассказывала. Во-вторых, он специально ездил в Лондон, чтобы встретиться с ней. В-третьих, Бенсон определенно что-то знал об исчезнувшей картине восемнадцатого века. В-четвертых, он нарочно задержал миссис Помфрет у себя в комнате на целых две минуты, когда экономка рвалась к двери, чтобы приветствовать леди Элен.