Книга Проклятие бронзовой лампы, страница 95 – Джон Диксон Карр

— Мне пришлось это сделать, Кит! Понимаешь, пришлось! Иначе все так и твердили бы об этом нелепом проклятии, которое… которое… – Она не смогла подобрать нужных слов. – Теперь ты меня ненавидишь?

— Ненавижу?

— Да! За то, что я сделала!

Кит чувствовал такое облегчение, что у него голова шла кругом. Он считайте что ослеп; в ушах пульсировала кровь, и, чтобы взять Элен за руки, сперва пришлось нащупать их.

— Ненавижу? – с недоверием переспросил он. – Ты все перепутала. Я люблю тебя.

— Все же я не сдержалась и прошлой ночью пришла проведать тебя, Кит. Макинтош застегнула на все пуговицы, ведь под ним была ночная рубашка Энни, и даже эта мелочь могла выдать меня. А я подумала, что еще рано… рано…

— Все хорошо, моя милая.

— Ничего хорошего! Я вела себя как дура! Но поверь, я лю… Ну, ты знаешь, что я чувствую. И перспектива одурачить людей, говоривших о проклятии, казалась мне просто восхитительной. Видишь ли, Кит, эта мысль пришла мне в голову по пути из Каира, когда я задумалась о Бенсоне.

— О Бенсоне?

— Да. О том, что Бенсон набирает в штат новых слуг, которые никогда меня не видели. Газетчики расспрашивали об этом на вокзале. И я вдруг поняла, что могу исчезнуть, превратившись в помощницу кухарки или горничной. А все из-за моих рук.

— То есть?

Элен показала ему руки, ладонями вверх. В ее глазах сверкала насмешка над собой, однако Элен оставалась предельно серьезной, и в ее поведении не было ни намека на гордость.

— Посмотри на них, милый. Из-за всех этих раскопок у меня руки как у чернорабочего. Так я и сказала сэру Генри. Без подобных мозолей никто не сумел бы притвориться, что в прошлом делал тяжелую работу по дому. Но здесь я занималась ею и, по-моему, неплохо играла роль служанки для слуг. Даже если они говорили, – тут Элен сверкнула глазами, – что я самая растреклятая дура и недотепа из всех потаскушек, что когда-либо им прислуживали.

Откуда-то из столовой донесся пронзительный вопль миссис Помфрет, а за ним невнятные слова утешения, произнесенные Бенсоном, после чего в дверях вновь появился дворецкий и тут же пододвинул к Элен плетеное кресло.

— Не желаете ли присесть, миледи?

— Спасибо, Бенсон, – прохладно отозвалась Элен. – Разве не вы говорили, что из меня получилась прескверная помощница горничной?

Бенсон тщательно обдумал вопрос, стоя за спинкой кресла, будто ангел-хранитель, в то время как Элен уселась, а Кит продолжал держать ее за руку.

— Что ж, миледи, лично я дал бы вам не слишком хорошую рекомендацию. Разве что за трудолюбие.

— Пожалуй, не дали бы, – философски согласилась Элен. – Но ничего, переживу. Если задуматься, Кит, ты поймешь, каким образом у нас все получилось. Открывая Северн-Холл, Бенсон нанял новых слуг… Когда? В понедельник, двадцать четвертого апреля. За три дня до моего исчезновения, верно?

— Да.

— И в те же три дня я исчезла впервые, из Лондона, из гостиницы «Семирамида».

Теперь головоломка неумолимо обретала законченный вид – Кит следил, как детали одна за другой встают на место.

— То есть…

— Да, Кит. В понедельник утром я приехала сюда, в Северн-Холл, где Бенсон самым решительным образом помог мне вжиться в роль. Мы придумали все это в Лондоне, и я написала отцу, чтобы он не беспокоился. На три дня я превратилась в Энни, помощницу горничной.