Книга Люблю, мама, страница 82 – Илиана Ксандер

Я сажусь рядом с отцом.

— Выпей. – Она поднимает бокал в воздух. – Тебе это нужно. Я хочу спокойно, серьезно поговорить, а не выслушивать твои пустые обвинения.

Бабушка отпивает еще глоток, потом еще. Я повторяю за ней. Прекрасно.

— Я знаю, что женщина, которая меня растила, не моя биологическая мать, – говорю я ей, пытаясь представить, какой эффект произведут мои слова.

Уголок ее рта слегка дергается.

— Кто тебе это сказал?

Я фыркаю:

— Какая разница?

— Это полная чушь. Тот, кто такое говорит, просто пытается сбить тебя с толку, моя дорогая.

Я притворно усмехаюсь, потом делаю еще глоток вина. Внезапно оно кажется мне очень вкусным. И успокаивает нервы. Так-то лучше, потому что я должна задать свой главный вопрос.

— Хорошо. Тогда кто такая Тоня Шаффер?

Говоря это, я смотрю на бабушку, не на отца. Мне бы хотелось побеседовать с ним с глазу на глаз. У него плохо получается врать. Бабушка же совсем из другого теста. Мне правда надо знать, что она мне скажет. Интересно, она в курсе того, что произошло в Олд-Боу двадцать один год назад?

Внезапно бабушкин рот растягивается в улыбке. Она качает головой.

— Тоня Шаффер – сумасшедшая.

Это слово удивляет меня, но я храню молчание, ожидая, что бабушка продолжит.

— Она преследовала твоего отца и мать. Была сталкером. Вытворяла разные безумные вещи.

Бабушка говорит медленно, ровным тоном. Я продолжаю попивать вино, прикидывая, какой оборот примет ее история.

— У твоего отца был с ней короткий роман.

— Мам! – протестует отец.

— Замолчи, Бен. Она имеет право знать, – бросает бабушка в его сторону, потом снова поворачивается ко мне и медленно отпивает глоток.

Я пью следом за ней. Я думала, беседа будет на повышенных тонах. Но мы говорим куда спокойней, чем я ожидала. Вино быстро оказывает свое действие, и меня начинает клонить в сон.

— Да, твой папа не был образцовым женихом, – с подчеркнутой горечью произносит бабушка. – И да, он связался с неуравновешенной девицей, которая едва не разрушила их с твоей мамой жизнь. Но ненадолго. Правда же, сынок?

— Чушь! – выпаливаю я, и бабушкин взгляд твердеет.

История выходит любопытная. Удивительно, что бабушке известны такие детали. Мне хочется рассмеяться ей в лицо, но у меня кружится голова и пересыхает во рту. Не помешало бы выпить еще вина, но мой бокал пуст.

— Нет, – возражает она. – Та женщина одевалась как твоя мать, вела себя как она. Расхаживала по Олд-Боу, притворяясь ею. Некоторые даже называли ее Элизабет и считали, что она и есть девушка Бена.

Не может быть…

Внезапно я начинаю сомневаться, в том, что реально, а что нет. Вдруг я и правда выдумала всю эту историю с ложной личностью? Слишком многое на меня навалилось в последнее время, да и доказательств толком нет…

— Твоя мать жила затворницей. Почти никуда не выходила. А эта женщина, Тоня Шаффер, – она преследовала друзей Бена в барах, представлялась им Элизабет. Да! И год спустя половина Олд-Боу знала Элизабет. Только не ту, с которой действительно встречался Бен.

Головокружение усиливается, и я ставлю бокал на журнальный столик. Рука дрожит так, что я едва не промахиваюсь.

Я очень редко пью. Но вино подействовало как-то быстро. Слишком быстро.

— Погоди секунду. – Я слышу, у меня заплетается язык. Пульс отдается в висках. – Ты хочешь сказать, что…