Книга Тени прошлого, страница 105 – Джорджетт Хейер

С этими словами он схватил перчатки и шагнул к двери.

— Уже уходите, граф, – огорченно сказал Эвон. – Надеюсь, что буду иметь удовольствие видеть вас в Париже. Я хочу представить свою воспитанницу вашей очаровательной жене.

Сен-Вир злобно дернул за дверную ручку, распахнул дверь и бросил через плечо:

— У вас масса планов, сударь. Хотелось бы надеяться, что их выполнению ничто не помешает.

— Нет, конечно. С какой стати?

— Иногда бывают изъяны, – отрезал Сен-Вир.

— Я озадачен: мы говорим о вашем потерянном бриллианте или моих планах – или о том и другом? Должен вас предупредить, любезный граф, что я хорошо разбираюсь в драгоценных камнях.

— Да? – Сен-Вир опять побагровел. – Но, может быть, вы заблуждаетесь, сударь. Игра еще не закончена.

— Никоим образом, – отозвался герцог. – Кстати, я забыл спросить, как поживает ваш обаятельный сын. Как у него дела?

Граф оскалился.

— С ним все в порядке, сударь. Он не дает мне никаких поводов для беспокойства. Ваш покорный слуга!

И он с силой захлопнул дверь.

— Такой очаровательный человек, – проговорил Эвон.

— Но, монсеньор, вы ничего ему не сделали! – воскликнула Леони. – Я думала, что вы его накажете!

— Придет день, детка, когда его накажу, – ответил Эвон и бросил на стол веер. Леони показалось, что у него изменился голос. – И пусть не ждет снисхождения.

Леони посмотрела на него с восхищением и даже страхом.

— По-моему, вы очень рассердились, монсеньор.

Он остановил на ней взгляд. Потом подошел к ней, поднял ее лицо за подбородок и вгляделся в глаза. Они смотрели на него с улыбкой и доверием. Он резко выпустил ее подбородок.

— У меня есть на это причины, дитя мое. Сегодня ты видела отъявленного негодяя.

— Ну да, кабана, – кивнула она. – Вы ему не позволите опять меня похитить, монсеньор?

— Не позволю, малыш. Он больше никогда не захватит тебя в свои лапы. Клянусь тебе.

Она нахмурилась, глядя на него.

— Вы как-то изменились, монсеньор. Вы не на меня сердитесь?

Сурово сжатые губы расправились в улыбке.

— Это невозможно, дорогая. Пойдем скрасим Руперту его скучное существование.

Понедельник прошел, а Гастон со своими подопечными так и не приехал. Герцог хмурился, а Леони, приплясывая от восторга, выразила предположение, что мадам Фильд умерла от нервного расстройства.

— Тебя это вроде не очень огорчает, – сухо заметил герцог.

— Нисколечко, монсеньор. По-моему, нам очень хорошо без нее. Что мы сегодня будем делать?

Но герцог был явно недоволен. Руперт с ухмылкой посмотрел на него.

— Что-то ты раньше так не беспокоился о приличиях, Джастин. Что это с тобой случилось?

Он встретил холодный взгляд и сразу посерьезнел.

— Не сердись, Джастин, я не имел в виду ничего обидного. Хочешь блюсти нравы – блюди себе, мне-то что. Зато в Леони чопорности нет и в помине.

— Леони так же легкомысленна, как и ты, – или почти так же, – уничтожающе заключил герцог.

— Ну вот! – весело сказал неугомонный Руперт. – Я так и знал, что мы недолго будем купаться в лучах твоего одобрения.

— Я вовсе не так легкомысленна, как Руперт, – обиженно сказала Леони. – Несправедливо так говорить, монсеньор.

Руперт посмотрел на нее с восхищением.

— Так его, Леони. Не поддавайся ему и бей сплеча. Я на это никогда не осмеливался.