Книга Английская жена, страница 154 – Эдриенн Чинн

— Я знаю, что в этом отчете.

— Ты убийца.

Что-то с грохотом упало на пол, покрутилось, затихая, и остановилось.

— Убирайся отсюда, Эммет.

— Я слышал, что ты можешь взбеситься. Ты хорошо скрывал это. Так что же случилось тогда? Вы с Уинни поссорились, и ты решил убить ее? А потом поджечь дом, чтобы скрыть убийство?

— Убирайся. – Что-то ударилось о стену. – Убирайся.

Кто-то подошел к входной двери. Софи вжалась в стену, стремясь слиться с ней. Эммет, спотыкаясь, прошаркал мимо, прикрывая ладонью левый глаз.

Софи тихо переступила порог дома. Сэм стоял у камина, глядя в окно. В руке его был какой-то документ, свернутый в трубочку.

Перешагивая через разбитую посуду, Софи подошла ближе.

— Сэм, что происходит?

Он повернулся с выражением паники и смятения на лице.

— Ничего.

— Но он назвал тебя убийцей.

— И ты поверила?

Софи молчала.

— Видимо, да.

— Не отвечай за меня, Сэм. Объясни, что произошло? Что это за бумага?

Он подошел к Софи и вложил отчет в ее руку.

— Я пойду почищу стену от гари, а ты, когда прочитаешь то, что здесь написано, приходи ко мне, поговорим. Если захочешь.

Элли открывает глаза. Должно быть, она задремала. Такое славное солнце сегодня. Так ласково гладит лицо. Она вдыхает поглубже. И воздух такой свежий. И такое любимое место – под елкой на холме возле дома. Это ее место.

Она тянется к блокноту и карандашу.

— Опять ты нарисовала меня довольно миленькой.

— Как ты странно говоришь, Уинни, – смеется она, – «довольно миленькой». Так говорят маленькие англичанки.

Уинни наклоняет голову, две длинные светлые косички повисают над рисунком, серо-голубые глаза сияют.

— Да ладно, мамуля, – улыбается она, – давай я покажу тебе что-то.

— Не сейчас, детка. Маме надо немного отдохнуть. Сядь, я тебя еще раз нарисую.

— Ну пожалуйста, мама. – Уинни протягивает руку. – Тебе это точно понравится. Точно-точно.

Элли поднимает голову и смотрит на взволнованное лицо дочери. На щеке ее нарисован пацифик.

— Откуда это у тебя?

Уинни смеется:

— Флори нарисовала. И себе тоже. – Она тянет мать за собой. – Идем, мама.

Элли вздыхает и кладет блокнот на бархатный мох.

— Ладно, идем. Но только ненадолго. Сегодня прилетает твоя сестра из Нью-Йорка, нужно приготовить ужин.

— Спагетти с фрикадельками?

— Если хочешь.

— И шоколадный торт? Как я люблю.

— И шоколадный торт. Только смотри, чтобы собаки его не утащили, им нельзя сладкое. – Элли берет дочь за руку. – Так куда мы идем?

— Сейчас увидишь.

Они поднимаются на утес. Через густые зеленые заросли, мимо поля Джо Джилла, где пасется старая пегая кобылка. Ненадолго останавливаются на болоте, где горстями собирают сочную, спелую бруснику, потом поднимаются еще выше. Выше и выше по серым камням. Пока не находят свою поляну, усыпанную черными ягодами. Но там уже кто-то есть. Кто-то собирает чернику в фетровую шляпу. Заслышав их шаги, он оборачивается.

— Томас!

— Ты пришла, моя девонька. Долго же я ждал. А какая тут черника! Ни один человек столько не съест. Я собрал тут для вас, милые мои. Берите. Ничего вкуснее вы еще не пробовали. – Он кладет себе в рот одну ягоду. – Они как пурпурные небеса.

Где-то там, внизу, мерцает на солнце голубой океан. На его глади то тут, то там взмывают в синее небо крошечные фонтанчики. Красная точка маяка венчает далекий утес.