Книга Английская жена, страница 155 – Эдриенн Чинн

Они стоят втроем, едят чернику из шляпы Томаса. Уинни показывает на сияющий серебряный горизонт.

— Смотри, мама, я говорила, тебе понравится.

— И правда, Уинни. Это прекрасно.

— А теперь, девонька, – Томас протягивает ей руку, – давай потанцуем.

Уинни сжимает ее ладонь.

— Потанцуй, мама.

Софи сделала еще глоток кофе.

— Значит, загорелась проводка?

— Мы ремонтировали дом в Дедхэме. Он был совсем старым, викторианским, но вполне еще пригодным. Мы все деньги вложили в строительный бизнес, так что бо́льшую часть работ делал я сам.

— И проводку тоже?

Сэм кивнул.

— Когда случился пожар, меня не было в городе, я уехал на объект на севере штата. Бекка тогда лежала в больнице на обследовании. А Уинни… – Он покачал головой. – Уинни не смогла спастись. – Он прикрыл глаза руками и помолчал. – Было расследование. Меня признали виновным. Я в одночасье потерял бизнес, дом, жену. У меня осталась только пятилетняя глухонемая дочь. Это была катастрофа. Элли меня просто спасла.

— Тем, что заставила Эммета взять тебя на работу?

Сэм пожал плечами.

— Мы с Беккой переехали сюда. Мне пришлось засунуть подальше свою гордость и просто жить. Я умел строить. Эммет научил меня работать с деревом. В свободное время я строил для нас с Беккой дом, потом занимался мебелью. А несколько лет назад у меня появилась собственная мастерская. Когда Эммету была нужна моя помощь, я помогал. Иногда – он мне. Но теперь точно все кончено.

Софи отодвинула от себя кофе и постучала пальцами по столу.

— Моя мать всегда считала, что только мы сами управляем своей судьбой при помощи решений, которые принимаем, и поступков, которые совершаем. Но если ты не выберешь свой путь сам, за тебя это сделают другие. И тогда ты станешь похож на резиновую уточку в водовороте, которая никак не может никуда прибиться. Мать ненавидела такое состояние. Ей было важно все контролировать. – Она посмотрела на Сэма. – Может, потому, что она росла во время войны, когда вокруг царил хаос. А может, потому, что они с тетей Элли рано остались без матери и не ощущали поддержки. Как бы то ни было, она с раннего детства учила меня брать все под контроль. Особенно свое будущее. Но однажды я сбилась с курса. Точнее, самолет сел не там – и я оказалась здесь. Случилось то, что я никак не могла проконтролировать.

— И все изменилось.

— Видимо, это должно было произойти. На самом деле для меня не изменилось ничего. Я не позволила ничему измениться. Но так было до тех пор, пока я не вернулась сюда.

— А что изменилось, когда ты вернулась?

— Я. Я изменилась.

Хлопнула сетчатая дверь, и в дом ворвались рыдающая, раскрасневшаяся Бекка и Тоби Моллой.

— Элли. Мистер Берн, она умерла.

Типпи-Тикл, 24 сентября 2011 года

Люди медленно спускались с холма мимо обветренных надгробий кладбища Святого Стефана. На каменистой косе старая церковь устремила свой серебряный шпиль в голубое сентябрьское небо, по которому проносились облака. Чайки-щекотунчики ныряли в волны и отбирали добычу у других птиц. Софи подошла к каменному кресту, возле которого была вырыта свежая могила, и обтерла его ладонью.

Томас Огастус Парсонс

17 марта 1915–19 июня 1954

Навеки любим

— Я всегда знала, что они наконец будут вместе.

Софи взглянула на Флори.

— Она и тебя любила.