Книга Английская жена, страница 44 – Эдриенн Чинн

— Пока ничего. Воздушное пространство открыли только сегодня, но из Гандера вылетать пока никому не разрешили. В лучшем случае придется подождать еще пару дней, однако, учитывая обстоятельства, это займет минимум неделю. Ты не беспокойся, у меня товарищ там работает, как только наступит ясность, он сразу сообщит.

— Спасибо. – Софи выглянула в окошко, из которого открывался вид на церковь Святого Стефана со сверкающим в лучах утреннего солнца шпилем. – Поверить не могу, что через несколько дней буду в Нью-Йорке. Тут такая тишина. Просто невероятная.

— Должно быть, скукотища для таких, как ты.

Софи хмыкнула. Да кто он такой, чтобы судить? Он вообще меня не знает. А мне какое дело до него? Да никакого. Совершенно. Я скоро уеду отсюда, и мы вообще никогда больше не увидимся.

— Мне никуда не деться от Harvey Nichols или Neiman Marcus. – Она провела ладонью по плавным изгибам и впадинам деревяшки на токарном станке. – Не похоже, что это для лодки.

— Это не для лодки. – Сэм налил в кружку кофе из кофеварки, стоящей на столе под одним из окон. – Будешь кофе? Правда, здесь только черный. Холодильника нет.

— А он не отравлен?

Сэм усмехнулся:

— Не отравлен. Точно тебе говорю.

Он налил кофе в другую кружку и протянул ее Софи. Та сделала глоток, поморщившись от горечи, и кивнула на станок:

— А ты что делаешь?

Сэм поставил кружку, подошел к возвышавшемуся посреди мастерской холму, покрытому полосатым пледом, и откинул угол. Софи увидела два кресла с замысловатыми изогнутыми спинками, необычных и очень современных.

— Ого, ничего себе, Сэм, они чудесные! Можно присесть?

— Конечно, я для этого их и делал.

Софи села на кресло и провела пальцами по изогнутому подлокотнику.

— Тетя Элли говорила, что ты делаешь мебель, но я даже не думала, что такую. Такую потрясающую!

— Мне иногда помогает Эмметт. На самом деле я этим занялся лишь благодаря ему.

— Кто у тебя их покупает?

— В основном туристы из Сент-Джонса. Флори выставляет их в своем магазине. Но иногда я отправляю готовые изделия в Торонто и Монреаль, – ответил Сэм и, пожав плечами, добавил: – Это же просто мебель.

— Это не просто мебель, Сэм! Твои работы можно выставлять и в Нью-Йорке, и в Бостоне. Да где угодно! Дизайнеры интерьеров с ума бы посходили от них.

— Да ладно.

— Правда-правда. Я архитектор, так что знаю, о чем говорю. И я лично с удовольствием заказывала бы у тебя такую мебель для своих проектов.

— Ты архитектор?

— Да. И в Нью-Йорк лечу на собеседование в архитектурное бюро Ричарда Нивена.

Сэм аж присвистнул:

— К Ричарду Нивену? Это круто!

— Ты его знаешь?

— Ты еще спроси, знаю ли я «Битлз», – рассмеялся Сэм.

— Точно.

— Я же строил дома в Бостоне, когда жил там, так что очень много слышал о Ричарде Нивене.

— Элли рассказывала, что ты жил в Бостоне, – серьезно проговорила Софи. – И о несчастном случае. Об Уинни. Мне очень жаль, Сэм. Это ужасно. Очень тебе сочувствую.

— Да. – Сэм кивнул и потер лоб. – Да, ужасно. Я сюда вернулся только ради Бекки. Мне казалось, так будет правильней. Ей нравится у бабушки Элли и Флори.

— А тебе? Должно быть, непросто после жизни в Бостоне?

— В смысле, вдали от огней большого города? Ну, поначалу было трудновато, но эта земля… Она прорастает в тебя. И теперь для меня нет места лучше, чем это побережье. Оно во всех смыслах какое-то очень чистое, не испорченное. Только сейчас я понял, что такое здешняя природа.