Книга Попаданка. Замуж по принуждению, страница 165 – Юлий Люцифер

Агнес выдержала его взгляд.

— Тогда смотрите внимательно, — сказала она. — Я не солгу. Но и не позволю вам превратить полуправду мертвой женщины в суд без смысла.

Селена усмехнулась без радости.

— Конечно. Как всегда.

— Вы помолчите, — впервые резко сказала Агнес. — Вас в этой комнате слишком долго готовили как красивую запасную деталь, чтобы вы теперь рассказывали мне о цене использования.

Селена побледнела.

По-настоящему.

И стиснула губы так сильно, что я почти физически увидела, как в ней поднимается ответная ярость.

Но не успела.

Кайден уже сказал:

— Отвечай. Ты была “А.”?

Агнес молчала.

Один удар сердца.

Второй.

Третий.

— Да, — сказала она наконец.

Никто не пошевелился.

Я почувствовала, как холод проходит по позвоночнику медленно, как вода.

Да.

Не подделка.

Не ошибка в букве.

Не удобная двусмысленность.

Да.

— В каком смысле? — спросила я.

Потому что да, даже сейчас этого “да” было недостаточно. Оно могло значить все — от “я знала о Мирей” до “я лично вела вас всех на убой”.

Агнес посмотрела на меня.

И, кажется, именно мне решила ответить первой.

— В том смысле, что Мирей писала обо мне. Не в том, который вам, вероятно, хочется услышать.

— Как удобно.

— Нет. Как есть.

Эдриан тихо сказал:

— Начни лучше с начала. И без ваших любимых дозировок.

Она перевела взгляд на него.

— Ты очень похож на мать, когда пытаешься злиться холодно.

Он дернулся, будто его ударили.

Я даже не успела это осмыслить, как Кайден снова перебил:

— Не уходи в сторону.

— Я и не ухожу. — Агнес выпрямилась чуть сильнее. — Да, Мирей писала обо мне. Да, я знала, что она действует в доме дольше, чем следовало. Да, я позволяла части ее следов оставаться.

У меня перехватило дыхание.

Селена рассмеялась один раз — коротко и зло.

— Вот и все.

— Нет, — отрезала Агнес. — Это не “все”. Потому что, если бы я начала вычищать Мирей открыто раньше, совет просто привел бы другую. Менее заметную. Более удобную. И с меньшим количеством ошибок. Я держала Мирей там, где могла видеть.

— Какая благородная форма соучастия, — сказала я.

Ее взгляд стал жестче.

— Да. Именно так это и выглядело со стороны. И я знала цену.

— Эвелина умерла этой ценой, — тихо сказал Кайден.

Вот тут Агнес впервые за все время опустила глаза.

Не надолго.

Но я увидела.

— Да, — сказала она. — И это моя вина тоже.

Комната стала ледяной.

Потому что признание прозвучало слишком спокойно.

Не оправдание.

Не плач.

Просто факт.

Слишком страшный, чтобы помещаться в человеческий голос.

— Вы знали, что ее убьют? — спросила я.

Агнес медленно вдохнула.

— Я знала, что Мирей подводит ее к той точке, где девочка либо сломается полностью, либо станет опасной для схемы. Я надеялась, что успею вывести ее из дома раньше.

— Но не успели.

— Нет.

Селена шагнула вперед.

— И потому решили не рисковать второй раз? Подождать, пока новая жена окажется менее мягкой и более полезной?

Агнес посмотрела на нее без всякого тепла.

— Нет. Я увидела в новой жене шанс, которого у Эвелины не было.

— Какая честь, — процедила я.

— Не честь. Риск.

— Вы красиво называете людей ставками.

— Я живу в доме, где людей поколениями называли функциями. Красивые слова тут давно кончились.

Вот это было правдой.

Грязной. Жесткой. Безжалостной.

И именно потому — трудной для ненависти в чистом виде.