Книга Неравный брак, страница 28 – Альма Смит

— Ты? — фыркнула она.

— Городская девчонка, которая людей-то толком не видела? Ты хочешь калечить нашу женщину своими дурацкими книжками?

— Я изучала травматологию, — настаивала Вероника, обращаясь больше к Артему, чем к Залине.

— Я знаю, как правильно иммобилизовать перелом. Старый Магомед… он может сделать хуже.

Артем медленно повернулся. Его взгляд был тяжелым, оценивающим. Он смотрел на нее не как на надоевшую обузу, а как на незнакомый инструмент, назначение которого ему вдруг предстояло определить.

— Ты уверена в своих знаниях? — спросил он ровно.

— Это не игра. От этого зависит жизнь человека.

В его тоне не было насмешки. Был холодный, практичный интерес.

— Да, — выдохнула Вероника, чувствуя, как вся ее прошлая жизнь, все годы учебы сжимаются в этом одном слове.

— Я уверена.

Он помедлил еще секунду, его взгляд скользнул по ее лицу, ища следы неуверенности или паники. Не найдя их, он кивнул.

— Хорошо. Идем со мной. Руслан, неси мою аптечку. Там есть бинты, шины.

Залина ахнула от возмущения.

— Артем! Опомнись! Ты доверишь нашу женщину этой… этой неопытной девочке? Из-за нее Марьям может остаться калекой!

— Она училась, — коротко бросил Артем, уже надевая бурку.

— Магомед — нет. Выбор очевиден. Вероника, ты идешь?

Это был шанс. Единственный способ доказать им всем, что она не просто бесполезная вещь, купленная по объявлению. Что в ней есть нечто большее.

Она кивнула и, не глядя на побелевшую от ярости Залину, вышла за Артемом.

Дом Марьям был маленьким и бедным. Внутри, на разостланных на полу одеялах, лежала старушка, ее лицо было искажено гримасой боли.

Правая нога неестественно вывернута в колене. Отек уже нарастал. Рядом суетились испуганные соседки.

Вероника на мгновение запаниковала. Теория — это одно. Практика, без оборудования, без помощи, под осуждающими взглядами чужих людей… Но потом она увидела глаза Марьям — полные страдания и доверия. И этот взгляд вернул ей самообладание.

— Вам нужно будет держать ее, — тихо сказала она Артему.

— И попросить женщин принести чистую воду и больше полотенец. И что-то твердое для шины. Доски.

Он без лишних слов отдал распоряжения. Его авторитет работал безотказно. Через минуту все было готово.

Вероника опустилась на колени рядом с Марьям. Ее руки, к ее удивлению, не дрожали.

— Сейчас будет больно, — мягко сказала она по-русски, зная, что старушка ее не поймет, но tone ее голоса, видимо, был убедителен.

— Но потом станет легче. Держитесь.

Она обратилась к Артему:

— Мне нужно вытянуть ногу и вправить сустав. Держите ее крепче.

Он кивнул и своими сильными руками зафиксировал плечи и бедро Марьям. Вероника сделала глубокий вдох, вспомняя каждое слово преподавателя, каждую схему из учебника.

Она взяла ее ногу выше и ниже травмированного сустава и плавно, но уверенно потянула на себя, совмещая суставные поверхности.

Раздался глухой щелчок. Марьям вскрикнула и обмякла, но уже не от острой боли, а от облегчения.

Потом была иммобилизация. Вероника ловко, почти автоматически, наложила шину из принесенных досок, зафиксировав ногу от бедра до стопы.

Ее движения были точными, профессиональными. Она говорила Артему, что передать женщинам:

как часто менять холодные компрессы, чтобы снять отек, как следить за цветом кожи ниже повязки.