Книга Неравный брак, страница 35 – Альма Смит

Когда стемнело, она услышала шаги. Тяжелые, знакомые. Она не обернулась. Она знала, кто это.

Артем молча сел рядом на камень. Он не смотрел на нее, глядя в темнеющую долину.

— Я видел, как ты ушла, — сказал он наконец.

— Решила?

— Нет, — прошептала она.

— Но я знаю, что должна решить. И это решение… оно убьет часть меня. Какую бы сторону я ни выбрала.

Он кивнул, как будто понял. Понял цену такого выбора.

— Я не буду давить на тебя, — сказал он.

— Но знай — если он появится здесь, если попытается тебя забрать… это будет война. Я не отдам то, что мое. Даже если это куплено ценой долга. Ты это понимаешь?

— Да, — выдохнула она. Она понимала. Он был гордым человеком. Властным. И она была его женой перед лицом его людей. Ее уход с другим был бы величайшим унижением, которое он никогда не стерпел бы.

— Я дам тебе время, — сказал он, поднимаясь.

— Но не много. Решай.

Он ушел, оставив ее одну в наступающей ночи.

Она сидела еще долго, пока звезды не зажглись над головой, такие же яркие и холодные, как в ночь ее побега. Тень прошлого настигла ее.

И теперь ей предстояло решить — бежать навстречу этой тени или остаться в настоящем, которое, как ни странно, начало обретать черты дома.

Любовь или долг? Свобода или ответственность? Даниил или Артем?

Выбор был за ней. И он разрывал ее сердце на части.

Ночь на утесе стала для Вероники безжалостным судилищем. Она металась между двумя безднами: одна звала назад, к любви, к страсти, к Даниилу, к свободе, которая теперь казалась такой призрачной и опасной.

Другая — вперед, в сложное, но обретающее смысл существование здесь, рядом с человеком, который был ее тюремщиком, защитником и теперь… почти соратником.

Вернуться к Даниилу — значит обречь на гибель отца. Разрушить хрупкое равновесие, которое Артем выстроил вокруг них. Вызвать его гнев, который, она знала, мог быть страшен.

И бросить этих людей, которые начали смотреть на нее не как на чужую, а как на свою. Смогла бы она жить с этим? Смогла бы быть счастлива с Даниилом, зная, что заплатила за свое счастье чужой кровью?

Остаться — значит похоронить свою любовь. Признать, что ее жизнь с Даниилом, их мечты о будущем, его предложение на ринге — все это навсегда останется в прошлом.

Принять роль жены Артема Касымова. Не по расчету, а по… чему? По долгу? По привычке? По странной, зарождающейся связи, которую она боялась назвать даже про себя?

Она не спала всю ночь. А на рассвете, когда первые лучи солнца тронули вершины гор, решение пришло. Оно было не гордым и не радостным. Оно было горьким и тяжелым, как камень на сердце. Но оно было единственно верным.

Она нашла Артема в конюшне. Он чистил своего вороного жеребца, движения его были экономными и точными, будто он искал успокоения в простом физическом труде. Увидев ее, он остановился, вопросительно подняв бровь.

— Я остаюсь, — сказала Вероника тихо, но четко. Голос не дрогнул.

— Скажи ему… скажи ему, что я мертва. Или что я уехала навсегда и не хочу его видеть. Сделай так, чтобы он остановился. И чтобы ему ничего не было.

Артем долго смотрел на нее. В его глазах не было ни торжества, ни удивления. Было понимание. И что-то еще… что-то похожее на уважение к ее тяжелому выбору.

— Ты уверена? — спросил он так же тихо. — Это путь без возврата.