Книга 1636. Гайд по выживанию, страница 59 – Ник Савельев

Он взял сначала письмо. Прочитал набор слов — «корабль», «серебро», «вторник». Его лицо не изменилось ни на йоту, как будто он читал шифровки каждый день за обедом. Может быть, так оно и было. Потом взял расшифровку. Читал также долго, строчку за строчкой. Его глаза скользили по тексту, и я не мог угадать, о чём он думает.

Тишина давила на уши. Слышно было, как потрескивают дрова в камине и где-то в коридоре скрипят половицы под чьими-то шагами. Хагенхорн дочитал. Положил листок поверх письма. Поднял глаза на меня.

— Помните? Я вас предупреждал, — сказал он тихо. — Только попробуйте.

У меня внутри всё оборвалось.

— Это не то, что вы думаете, — сказал я, мой голос прозвучал хрипло. — Я не шпион. Я случайно наткнулся на это. Восс отлучился, письмо упало, я его подобрал.

— Почём вам знать, что я думаю? Зачем вы его расшифровали?

— Ну… Мне стало интересно. Я даже предположить не мог, что там такое.

— А поняв, что там такое, почему не отдали письмо сразу?

— Я боялся, — врать было бессмысленно. — Боялся, что вы решите, будто я шпион. Я и сейчас боюсь. Но молчать дальше нельзя. За мной следят все эти три дня. Если это ваши, то вы и так это знаете. Если чужие — я пропал.

Хагенхорн смотрел на меня. Его пустые глаза не выражали ничего.

— Единственное, что во всей этой истории есть хорошего, так это то, что вы пришли ко мне сами, — произнес он.

Он помолчал. Потом медленно поднялся, взял со стола бумаги, свернул их трубочкой.

— Ждите здесь, — сказал он. И пошёл к двери. У порога он остановился, обернулся. На его лице, впервые за всё это время, появилось что-то похожее на усмешку.

— Чёртов француз, — сказал он и вышел.

Дверь закрылась. Шаги затихли в коридоре. Я остался один. Несколько секунд я просто сидел, пытаясь осмыслить. Он не вызвал солдат, не начал допрос. Просто взял бумаги и ушёл.

Я встал, подошёл к окну. Во дворе было пусто. Воробьи по-прежнему копошились в пыли, штабеля пушечных ядер чернели у стены. Солнце пыталось пробиться сквозь тучи, но безуспешно. Я вернулся на стул. Посмотрел на часы, было без четверти девять. Хагенхорн ушёл пять минут назад. Или десять. Я потерял счёт времени. Мысли начали метаться в голове.

Возможно, он поверил. Тогда сейчас он пошёл докладывать наверх, проверять информацию, собирать людей. Через час, или два, или три он вернётся и скажет — «Вы нам нужны», или «Спасибо, проваливайте».

Возможно, он не поверил. Тогда он пошёл советоваться с кем-то, как меня лучше допросить. Или отдал приказ арестовать меня, и солдаты ждут за дверью, чтобы увести в подвал.

Возможно, ему всё равно, и он просто забыл про меня. Тогда я просижу здесь до вечера, пока какой-нибудь писарь не найдёт. Но в это верилось с трудом.

Я снова встал, подошёл к двери. Ручка поддалась, дверь не была заперта. Я выглянул в коридор. Там было пусто, только в конце, у лестницы, маячила фигура часового. Он посмотрел на меня, но ничего не сказал. Я вернулся в кабинет, закрыл дверь. Сесть я уже не мог и просто ходил по комнате, как зверь в клетке. Три шага туда, три обратно.

Стол, стулья, карты на стенах, шкаф с отчётами. Всё чужое, казённое, равнодушное. Я представил, как здесь сидят чиновники, пьют кофе, обсуждают флотские дела. И им абсолютно всё равно, что в подвалах под ними пытают людей.