Книга 1636. Гайд по выживанию, страница 62 – Ник Савельев

Он сделал паузу, давая мне осмыслить.

— Так вот про выбор, местер де Монферра. Скажу вам честно, какой выбор стоит сейчас передо мной, — де Мескита посмотрел мне прямо в глаза, и в его взгляде я прочитал свой приговор. — Вы теперь знаете то, что знать не должны. Поэтому, исходя из задач обеспечения безопасности нашего государства, я должен вас убить. Ну, не я лично, но вот такой у нас с вами есть выход. И он вполне разумный, согласитесь.

Де Мескита замолчал, тихонько постукивая пальцами по столу. Затем продолжил.

— С другой стороны, эта ваша идея с почтой, это знаете ли, совсем неплохо придумано. Да. Так вот, мой дорогой де Монферра, не буду ходить кругами. У вас остался только один выход, как вы прекрасно понимаете — сотрудничество. Мы составим две бумаги. Первая — это ваше заявление. Добровольно, по зову сердца и так далее. Вторая — ваш смертный приговор за участие в заговоре и государственную измену. А жизнь покажет, какая из них понадобится, а какая отправится в печь. Как вам такой подход?

Я попытался ответить, но в горле пересохло и я просто кивнул.

— Ну вот и славно. Да не переживайте вы так. Давайте-ка мы с вами выпьем немного отличного вина, — он вытащил из стола кувшин с пробкой и пару изящных фужеров.

Я взял фужер. Руки у меня всё ещё слегка подрагивали, но вино помогло — густое, слегка терпкое, оно разлилось по груди приятным теплом. Де Мескита пил медленно, смакуя, будто мы только что говорили не о смертном приговоре, а о ценах на зерно.

— Хорошее вино, — сказал я, чтобы хоть что-то сказать.

— Из моих запасов, — кивнул он.

Я отпил ещё. Мысли потихоньку начинали ворочаться, хотя в голове всё ещё звенела пустота.

— Капитан де Мескита, — произнес я. — Вы сказали о сотрудничестве. Что именно от меня потребуется?

Он поставил фужер на стол, чуть наклонил голову, разглядывая меня с лёгкой усмешкой.

— От вас, местер де Монферра, потребуется разыграть спектакль.

Я нахмурился.

— Знаете, я не актёр.

— О, нет, — он откинулся на спинку стула. — Весь мир театр. В нём женщины, мужчины — все актёры. У них есть выходы, уходы. И каждый свою играет роль. Шекспир, знаете ли. Читали?

— Да, читал, — сказал я. — Но одно дело читать, другое — играть спектакли, когда на кону голова.

— Вот именно поэтому вы и сыграете лучше любого лицедея, — де Мескита чуть подался вперёд. — Потому что у вас не будет права на ошибку. Профессиональные актёры могут позволить себе фальшь, в них за это кидают гнилые яблоки. Вам же за фальшь придется расплатиться своей головой.

Я молчал, переваривая.

— И кого я должен играть?

Он усмехнулся — тепло, даже почти дружески.

— Себя, местер де Монферра. Только себя. Сами понимаете, вы — французский аферист, торговец контрактами на тюльпаны, любовник вдовы, мелкий жулик при больших деньгах. Эту роль вы знаете лучше всех.

— Тогда в чём состоит спектакль?

— Не торопитесь, со временем вы всё узнаете. Можете поверить мне на слово — спектакль будет хорош. Потому что режиссёром буду я, — сказал де Мескита просто. — Вы будете жить своей жизнью, встречаться с вашей Катариной, пить кофе, торговать контрактами. Но теперь каждое ваше слово, каждый взгляд, каждое движение — всё это будет частью нашей игры.

Я смотрел на него, и внутри у меня снова зашевелился холодок.