Книга Попаданка. Драконы. Бунт против судьбы, страница 76 – Диана Эванс

Комната была погружена в неестественную, звенящую тишину, нарушаемую лишь её собственным прерывистым дыханием. Её заливал холодный, пепельный свет раннего утра, пробивавшийся сквозь высокое узкое окно, свет без тепла и утешения.

— Сон… — прошептала она, но голос сорвался в хрип. Горло было пересохшим и саднило, словно она всю ночь беззвучно кричала.

На простом деревянном столике у кровати стоял медный кубок, доверху наполненный водой. Она потянулась к нему, вода была ледяной, пронизывающе холодной, как глубинные воды пещер Логова Безмолвия из её кошмара. Рядом с кубком лежал свернутый в трубочку лист плотного пергамента. Развернув его дрожащими пальцами, она увидела несколько строк, написанных чёрными, почти глянцевыми чернилами:

«Испытание начнется с первым лучом солнца над восточным шпилем. Приди в Зал Зеркал. Одна.»

Почерк был незнакомым, угловатым и безличным. Буквы казались слишком ровными, выверенными, будто их не писали, а вырезали на коже острым лезвием, без единого изъяна или эмоции.

Эстрид медленно, словно преодолевая невидимое сопротивление, встала с кровати. Она надела приготовленное для неё простое платье из грубого серого льна без швов украшений, без намёка на броню или защиту. Ткань была холодной и неприятной на ощупь.

Подойдя к небольшому зеркалу в резной раме, она взглянула на своё отражение и едва узнала себя. Лицо было бледным, почти прозрачным. Но глаза… глаза горели изнутри неестественным, тревожным золотым светом, как у существа из её ночных видений. На шее, чуть ниже линии челюсти, отчётливо проступил синеватый синяк, точь-в-точь в том месте, где в сне холодные щупальца тьмы схватили её и потащили вглубь. Пальцы её правой руки непроизвольно сжались в пустом жесте, ища эфес меча или рукоять кинжала, которых не было и не могло быть в этой комнате.

Она зажмурилась, сделала глубокий, медленный вдох, пытаясь загнать обратно поднимающуюся панику, и вышла из комнаты.

* * *

Зал Зеркал оказался круглой, высокой комнатой без окон. Её стены от пола до самого куполообразного потолка были сплошь покрыты зеркалами. Но это были не обычные зеркала. Их поверхности были матовыми, тусклыми, и ни в одном не отражалось ничего, ни её фигуры, ни самой комнаты, только смутные, плавающие тени. Воздух здесь был густым и неподвижным, пахнущим пылью, воском и чем-то горьким, вроде полыни.

В самом центре зала на низком каменном постаменте стояла Сильвия, Верховная Жрица Дома Утренней Росы. Её обычно убранные седые волосы были распущены и струились по плечам серебряным водопадом. В её тонких, почти прозрачных руках она держала чашу из тёмного, почти чёрного камня. Из чаши поднимался едва заметный, холодный пар, и Эстрид уловила сладковато-горький запах, смесь редких трав и чего-то металлического.

— Ты видела его, — голос Сильвии прозвучал тихо, но с абсолютной уверенностью. Это не был вопрос. Это была констатация факта.

— Кого? — попыталась сделать вид Эстрид, но её собственный голос выдал её, прозвучав сдавленно.

— То, что скрыто в глубине Логова Безмолвия. То, что не должно было проснуться, — Сильвия не сводила с неё своего пронзительного, бледно-голубого взгляда.

Эстрид сжала кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони.

— Это был всего лишь сон. Дурной сон от усталости и чужих историй.