Книга Измена. Игра на выживание, страница 2 – Луиза Анри

Тяжелый вздох вырывается сам по себе. Достаю телефон. Никаких сообщений от Толи. Ну и ладно. Может, он тоже устал? От меня? От рутины? От «идеальной картинки», которая стала тесной?

Открываю контейнер. Зеленые листья безвкусно хрустят на зубах. Холодные. Как этот внезапный укол… чего? Тоски? Предчувствия? Просто усталости, Оливия. Просто усталости.

Встаю, подхожу к крошечному окну. Во двор поликлиники заезжает «скорая». Суета. Кто-то торопится, кто-то медленно бредет, опираясь на палочку. Жизнь. Чужая боль, чужие проблемы. Моя работа — вправлять вывихнутые судьбы, хотя бы на время. А кто вправит мой?

Возвращаюсь к столу. Беру первую историю болезни. Пациент — мужчина, 45 лет. Гипертония, ожирение. «Жалобы на головную боль, одышку…» Пишу автоматически. Рука выводит буквы, а мысли где-то там, в холодной квартире, где нас ждет вечер. Молчаливый ужин. Телевизор. Его недовольный взгляд на мою тарелку с недоеденным салатом: «Опять без аппетита? Яичницу сделать?» — и мое автоматическое: «Спасибо, не надо».

Скрип пера по бумаге. Шелест страниц. Гул системы вентиляции. Знакомые, убаюкивающие звуки моей обычной, спокойной жизни. Почему же внутри так тихо и… холодно? Как будто где-то в самом центре образовалась маленькая, но ледяная пустота. И с каждым днем она становится чуть больше.

Час до конца приема растягивается в вечность. Обычный день. Самый обычный. До завтра.

В кабинете Анатолия пахло не просто стерильностью. Пахло деньгами. Дорогие импланты, итальянская бормашина, почти бесшумная, как шёпот любовницы, и аромат свежесваренного кофе, который ему только что принесла ассистентка Катя — девчонка смотрит на него, как кролик на удава. Мило. Предсказуемо.

Сам Анатолий, откинувшись в эргономичном кресле стоимостью как месячная зарплата Оливии, лениво вертел в пальцах визитку. Не его. Визитка частной клиники «ЭлитДент» на другом конце города. Хвастался знакомый на днях: мол, берут за отбеливание в три раза дороже, и лохи несут. «Лохи». Анатолий сжал картонку так, что края впились в ладонь. Да он в десять раз профессиональнее этого шарлатана! Но здесь, в этой муниципальной коробке, с этими вечно ноющими бабками и вечно недовольными мужиками… Предел мечтаний — золотая коронка на жевательный зуб. Жуй и не рычи.

Он швырнул смятую визитку в урну. Попал. Точность — его второе имя. Первое — амбиция. А она тут задыхалась, как рыба на берегу. Пять лет топтания на месте. Пять лет… брака. Слово отдавало затхлостью, как несвежее полотенце. Оливия… красивая, умная, но… Боже, какая же она стала скучная. Вечно уставшая, вечно в своих анализах и историях болезней. Секс? По расписанию. По обязанности. Как чистка зубов перед сном. Никакого огня, никакой игры. Ее идеальная, чарующая красота казалась ему теперь холодной мраморной статуей. Прекрасной, но безжизненной.

Легкий стук в дверь выдернул его из кислых размышлений.

— Войдите!

Дверь открылась, и в кабинет впорхнуло… солнце? Нет. Не солнце. Скорее, дорогой фейерверк. Алиса. Пациентка. Нет, не пациентка — явление. Двадцать два года максимум. Ноги от ушей в облегающих джинсах, дорогущие кроссовки, которые тут же оказались на полу (как будто дома!), майка, оставляющая открытой тонкую талию и намекающая на пышную грудь. И лицо… Кукольное, с капризным изгибом губ и огромными, нагловато-любопытными глазами цвета морской волны. Волосы — мелированный водопад, пахнущий чем-то тропическим и запретным.