Книга Измена. Игра на выживание, страница 81 – Луиза Анри

Она пыталась действовать. Найти работу. Врачом. Ее диплом, ее опыт — все было при ней. Она обошла несколько поликлиник, частных центров. Везде одно: вежливые отказы, холодные взгляды, шепот за спиной. "Это та самая...", "Девка Пахана...", "Знаешь, чем она зарабатывала?", "Нам такие проблемы не нужны...". Сплетни, страх, отторжение. Ее прошлое, ее связь с Яном, стали клеймом, от которого не сбежать. Мир "до" был потерян навсегда. Она была изгоем.

Она смотрела на свои руки — руки врача, которые могли спасать жизни. Теперь они были бесполезны. Как и она сама. В кармане жалкие остатки денег. Скоро надо платить за эту конуру. А потом? Паника сжимала горло. Что делать? Куда идти?

Она встала, подошла к окну. Серый свет лился на ее бледное, осунувшееся лицо. Мысли о Яне накатывали снова. Не о Пахане из подвала. О том Яне, который был ее. Сильном, уязвимом, страстном, запутавшемся. О том, как он смотрел на нее, будто она единственный свет во тьме. "Я не могу без тебя..." Его голос эхом звучал в тишине квартиры. Ей хотелось верить, что он страдает. Так же, как страдала она. Что его мир тоже превратился в прах. Но это не меняло главного.

Она прижала лоб к холодному стеклу. Свобода оказалась горькой и одинокой. Страх — постоянным. Будущее — туманным и пугающим. А любовь... Любовь осталась. Ядовитая, невозможная, разрывающая сердце. Любовь к человеку, чей мир она ненавидела и от которого сбежала, чтобы спасти то, что от нее осталось. Но что осталось? Только эта съемная пустота, страх и бесконечная тоска по тому, кто был целым миром — миром, погруженным во тьму, из которой ей пришлось бежать, чтобы выжить. Она закрыла глаза. Одиночество звенело в ушах. Громче уличного шума, громче собственного стука сердца. Это была цена свободы от золотой клетки и от любви Пахана. Цена, которую она только начинала осознавать.

Холодный утренний воздух окраины города врезался в легкие, как лезвие. Оливия шла по серому тротуару, зажав в руке список аптек и недорогих клиник. Каждый шаг отдавался эхом в пустоте ее съемной квартиры, от которой она бежала, как от призрака. Еще один день поисков работы. Еще один день борьбы со страхом и тоской, которые стали ее верными спутниками.

Она чувствовала себя голым нервом. Каждый взгляд прохожего, каждый замедлившийся автомобиль заставлял сердце бешено колотиться. Они могли быть где угодно. Люди Сенатора. Рита, жаждущая мести. Или... его люди. Хотя после той ночи, после ее слов, она почти не верила, что он станет ее искать. Почти. Глупая надежда теплилась где-то в глубине, несмотря на весь ужас и отвращение.

Аптека была маленькой, затерянной между панельными домами. Она зашла внутрь, запах лекарств и чего-то затхлого ударил в нос. За прилавком — пожилая фармацевтка с усталым лицом. Оливия протянула свое резюме, стараясь улыбнуться.

— Здравствуйте. Я врач. Ищу работу. Могу работать фармацевтом, консультантом... — Голос звучал неуверенно, предательски дрожал.

Женщина взглянула на бумагу, потом на Оливию. Взгляд был не враждебным, а... осторожным. Оценивающим. Она, конечно, слышала сплетни. Весь район, кажется, шептался о "девке Пахана", сбежавшей и пытающейся затеряться.

— Доктор... — фармацевтка вздохнула. — Мест нет. Да и... — она махнула рукой, не договаривая, но смысл был ясен. Слишком много проблем.