Книга Измена. Игра на выживание, страница 82 – Луиза Анри

Оливия кивнула, забрала резюме. Еще один отказ. Опустошение накатило волной. Она вышла из аптеки, чувствуя, как слезы подступают к глазам. Безысходность. Она стояла на тротуаре, глядя на грязный снег, смешанный с окурками. Куда теперь? В какую еще дыру нести свое проклятое резюме?

Именно в этот момент к тротуару бесшумно подъехал белый фургончик с логотипом какой-то курьерской службы. Боковая дверь со скрипом отъехала. Оливия машинально отступила на шаг, инстинкт самосохранения сработал раньше мысли. Но было уже поздно.

Из фургона выскочили двое. Не в черных масках, не в тактике. В синих куртках курьеров, с кепками, надвинутыми на лоб. Их движения были быстрыми, точными, лишенными суеты. Профессионалы. Один — коренастый, с бычьей шеей — шагнул к ней, блокируя путь назад к аптеке. Другой — потоньше, с быстрыми глазами — вышел сбоку.

— Иванова? — спросил коренастый, голос нейтральный, вежливый. — Для вас посылка. Требуется подпись.

Оливия замерла. Ледяной ужас сковал ноги. Иванова... Ее новая, жалкая попытка скрыться. Они знали. Знают все.

— Я... я не... — начала она, отступая, но спиной уперлась в холодный металл фургона.

Быстрые глаза второго курьера метнулись по сторонам. Улица была пустынна в это утро. Коренастый сделал шаг вперед.

— Подпишите здесь, пожалуйста, — он протянул электронный планшет, его рука была широкая, с тугими сухожилиями. Идеальная рука, чтобы схватить, зажать, сломать.

Оливия инстинктивно рванулась в сторону, к входу в подъезд рядом. Крик застрял в горле. Сильная рука схватила ее за локоть с такой силой, что кости хрустнули. Боль пронзила. Второй курьер был уже рядом, его рука мелькнула у ее лица. Пахнуло чем-то сладковатым, химическим. Хлороформ? Или что-то сильнее?

Она задержала дыхание, отчаянно дергаясь, пытаясь ударить ногой. Но они были слишком сильны, слишком подготовлены. Коренастый легко парировал удар, его другая рука накрыла ей рот и нос тряпкой, пропитанной той самой сладкой вонью. Оливия задохнулась, вдохнув ядовитый пар. Мир поплыл перед глазами. Звуки — визг тормозов где-то вдали, ее собственное хриплое бульканье — стали глухими, как под водой. Она видела лицо коренастого — без эмоций, пустое. Видела логотип фургона, такой обыденный и страшный.

Последнее, что она осознала перед тем, как тьма поглотила сознание — это легкий, знакомый и ненавистный запах духов. Дорогих, терпких. "Шанель Коко Мадмуазель". Рита. Она здесь. Не физически. Ее дух, ее месть витала в этом похищении. Она была связующим звеном. Она указала им путь.

Очнулась она от резкой боли в боку — от толчка. Темнота. Движение. Вибрация мотора. Она лежала на холодном металлическом полу фургона. Руки скручены за спиной жесткими пластиковыми стяжками, впивающимися в кожу. Ноги связаны. Во рту — кляп, пахнущий машинным маслом и потом. Голова гудела от остатков наркоза, тошнило.

Она попыталась пошевелиться, издала глухой стон. Где-то в темноте зашевелились.

— Очнулась, — произнес мужской голос. Тот самый, коренастого. — Тише там. Рано еще.

Фургон резко затормозил, входя в поворот. Оливию бросило вперед, она ударилась плечом о что-то твердое. Боль пронзила, но страх был сильнее. Куда ее везут? Что с ней сделают? Устранят? Или... Или используют как приманку? Мысль обожгла, как раскаленный утюг. Ян. Они знают. Знают, что даже после всего, он...