Книга Мама для выброшенного ребенка, страница 4 – Виктория Вестич

— Ну ладно, — Аня хоть и недовольная на вид, но все равно соглашается, — только на руки я его боюсь брать. Ты же знаешь, я детей не очень люблю. Пусть лежит на кровати там, а я присмотрю.

Отыскав своего старенького зайца, которого привезла с собой из дома, я оставляю его рядом с ребенком и быстро натягиваю куртку.

— Ты только не бросай его, слышишь? Разговаривай с ним, играй. И там я покупала себе пюре яблочное детское, ты им ребенка накорми, ладно? Он малыш еще совсем, но прикорм уже должен кушать, вдруг голодный, — даю я наставления, торопливо наматывая на шею шарф.

— Ладно, ладно, — закатывает глаза Аня, — иди ты уже.

— Не забудь только банку с пюре в теплую воду поставить, чтобы согрелось! Все, я скоро! — кричу я и, схватив сумку, бегом вылетаю из квартиры.

Пока что малыш под присмотром, а как только вернусь, сразу же побегу в полицейское отделение. Ведь ничего за час случиться не успеет, верно?

Я возвращаюсь домой через полтора часа, уставшая и абсолютно выжатая. Игорь Эдуардович успел мало того, что по докладу задать кучу вопросов, еще и по вопросам из заваленного мной зачета погонял. А потом вообще заявил, что ему не нравится, что я так без энтузиазма рассказываю, как будто заученный текст без смысловой нагрузки. А еще сказал, что я должна явиться на пересдачу через полторы недели, а значит, придется пораньше приезжать из дома. Очень жаль, я хотела погостить подольше у мамы…

Бросив сумку прямо в коридоре, я раздеваюсь и спешу в комнату. Малыш вроде бы не плачет, может уснул? Потирая руки, чтобы поскорее согреть их и не лезть к нему холодной, я вхожу внутрь и обмираю.

Ребенка нет!

От ужаса у меня потеют ладошки, и я бросаюсь к кровати, вскидываю вверх одеяло — может, Аня укрыла его так?

Сама Аня, кстати, появляется на шум из кухни с бутербродом в руке. Подруга жует его неторопливо и вообще не переживает ни о чем.

— Аня! Где малыш?! — восклицаю я.

— Ой блин, точно! Тут такое было! — оживившись, подруга запихивает в рот остатки бутерброда.

— Что??

— Приходили сейчас мужики какие-то, у них морды такие… бандитские, — неопределенно обводит Аня руками, — Вы, говорит, ребенка тут поблизости не видели? Или не встречали кого-нибудь с ребенком?

Внутри все холодеет.

— А ты что сказала? — тороплю подругу с ответом.

— Ну что-что… ничего. Че я им, скажу, что видела и на руках держала, а теперь он исчез? Я же не сумасшедшая, вдруг они мне башку за него отвернут? — развела Аня руками.

— В смысле исчез?! — в шоке кричу я.

Но подруга отмахивается спокойно.

— Ой, да не переживай. Я просто его к бабке своей оттащила. Ну ты же знаешь, мне собираться надо, а он орет, плачет…

— Аня! Может его родственники искали, а ты! — поразившись ее беспечности, укоризненно говорю я.

— Да что я… — открещивается подруга, — ты его нашла, вот сама им и неси. Они тут еще ошиваются, по подъездам ходят. Их тачка вон во дворе стоит. Только непохоже, Поль, что они родственники.

— С чего ты взяла?

— Да ну, рожи какие-то… бандитские. Да и странно, если у ребенка абсолютно все родственники так выглядят. Вон, выгляни, посмотри, — кивает она на окно.

Я семеню ближе и чуть ли не прижимаюсь к стеклу старой оконной рамы лбом, пытаясь высмотреть тех людей, о которых рассказывала Аня. Внизу действительно стоит черный внедорожник. Посреди наших обшарпанных пятиэтажек, которые в этом районе даже толком не ремонтируют, дорогущая машина выглядит будто тарелка НЛО — так же чужеродно. Возле нее появляется один бритоголовый мужчина, что-то говорит водителю и идет к соседнему подъезду.