Книга Мама для выброшенного ребенка, страница 5 – Виктория Вестич

— Я пойду заберу малыша от бабы Вали и отнесу им… — нерешительно потоптавшись у окна еще с минуту, все же говорю я.

Раз малыша ищут, значит, не просто так. Вдруг родители все связи и знакомых подключили к поискам? Будь я на их месте и будь у меня такие возможности, я бы сделала то же самое.

— Ага, давай, — потеряв интерес ко мне и всей ситуации, Анька отмахнулась и принялась красить левый глаз.

А я тем временем не могла избавиться от какого-то дурного предчувствия, что засело глубоко внутри.

Баба Валя — родная бабушка Ани — жила в однокомнатной квартире, оставшейся от мужа, всего в одной остановке от нашего жилья. Эту самую остановку я как будто пролетела, так сильно торопилась. Но зря, потому что стоило только попасть к Валентине Петровне, как она тут же решила во что бы то ни стало напоить меня чаем.

— Я тут порылась в своих вещах, нашла для ребеночка одежду, — рассказывает старушка, силой усадив меня за обеденный стол, несмотря на мои отказы, — В ней, помню, еще с младшим сыном гуляла, а вот, до сих пор сохранилась, как новенькая. Вот какого качества одежду раньше шили — сносу нет!

Я даже не удивляюсь тому, что у бабули восьмидесяти лет нашлись вещи на практически младенца — Аня рассказывала уже, что на самом деле у Валентины Петровны не квартира, а настоящий склад. Она застала еще годы, когда вещи были в серьезном дефиците, поэтому никогда ничего не выбрасывала, а откладывала куда-нибудь в ящик и бережно хранила. Поэтому Аня и решила снимать пополам квартиру, а не жить у бабули — не хотела жить посреди кучи ненужных вещей. Да для нее, наверное, и места бы не нашлось тут.

Но в квартире бабы Вали не свалка, скорее… просто чересчур много всего. Даже я, худенькая девушка, еле пролезла в коридоре мимо вороха еще неразобранной утвари. Но здесь чисто и никаких вещей с помоек старушка не таскает.

— Оно чистенькое, — заверяет меня бабуля и подталкивает ближе чашку с чаем, — да ты пей, пей, пока не остыл, ребеночек все равно ведь еще спит.

— Спасибо большое, Валентина Петровна! — горячо благодарю я. За одежду, за чай и просто за теплое отношение.

К тому же сюда Анька принесла малыша завернутым в плед, поэтому пусть и старенький, но теплый комбинезон и маечка со штанами сейчас были как нельзя кстати.

— Ой, да что ты, мне за радость! Я ведь специально приберегла, вот и пригодились! — радостно улыбается старушка и от ее улыбки у глаз появляются лучики морщинок. — Я вот тут еще в пакет вещей сложила, ты бери, бери, не стесняйся.

— Да что вы, не нужно! — пытаюсь заверить я, хочу рассказать о том, что нашла малыша в мусорке и прямо сейчас должна не чай пить, а бежать поскорее ребенка отдавать, но баба Валя перебивает:

— Не стесняйся, Полюшка! Дело молодое, ну случилось так, что ребеночек у тебя народился, ничего. Сейчас не как раньше, вырастишь, государство поможет и люди добрые. Вещички-то возьми. Аня сказала, что не во что тебе кроху одевать, так что бери. Чистые, выглаженные, — старушка смотрит на меня своими голубыми глазами доверчиво и проникновенно. Как тут отказать?

Ладно, допустим подруга не захотела бабулю волновать, не стала говорить, что малыш чуть не замерз совсем. Но вот так наврать, что это мой ребенок?! Что же я потом бабе Вале говорить буду, если встречу, как объясню, куда он делся?