Книга Развод. Без права на любовь, страница 40 – Инга Бережная

Не просил, в последние дни и минуты перед смертью брату кололи такие дозы обезболивающего, что он говорить не мог, не понимал, кто перед ним.

Я не мог ее бросить! Не мог оставить, зная, кто взял ее в жены.

Дарственная на недавно открывшуюся компанию на имя Лены — последнее осознанное действие Жени. Брат уже не говорил, но подписал бумаги, которые я ему принес. Объяснив, что так будет лучше для Лены и их дочки, на которую началась охота, стоило малышке появиться на свет. Но в этом я никогда не смогу признаться Лене. После смерти родителей все их имущество перешло ко мне и Жене, а после его смерти, ко мне и Рите. Огромная корпорация в руках младенца и мечтателя. Отец бы оценил иронию, если бы остался жив.

— Саша, пожалуйста, не надо, — прошептала Лена.

И в ее голубых глазах задрожали слезы. Черт! Не этого я хотел. Она ожила рядом с Ритой, возвращение дочери и ее вернуло к жизни, а я отнимаю у нее счастье снова, лезу со своей любовью, когда ее сердце еще не оправилось от ран, нанесенных мужем.

— Прости, Лена, я должен был сказать это, — она попыталась высвободиться, убежать, но я крепче прижал ее к себе, — я понимаю. Тебе нужно время, чтобы пережить то, что случилось, но прошу: не отталкивай меня. Я хочу быть твоим мужем, хочу любить тебя и Риту, заботиться о вас. Хочу, чтобы мы стали настоящей семьей, а не игрушечной.

— Я не готова… я не знаю, прости, я ничего больше не понимаю… — слезы побежали по ее щекам, едва тронутым загаром.

— Тише, ты меня прости, я не должен был торопить тебя, — обнял ее еще и крепче и держал, пока Лена не затихла, пока не перестала плакать.

Все такая же хрупкая и недостижимая, как греза, как мираж.

— Ну, вот, так намного лучше! — Радостно воскликнула Рита и захлопала в ладоши, — теперь вы, как настоящие папа и мама!

Как настоящие…

Вздрогнула от этих слов. Все-таки она чувствует, что никакие мы не настоящие. Не супруги и не родители.

Я не могу ответить Саше, что люблю его. Это будет неправда. Пусть иногда мне и кажется, что у нас могло бы что-нибудь получится. Он так похож на Женю… это одновременно и привлекает в нем и отталкивает, потому что я боюсь, мои чувства к Саше не будут настоящими, а станут лишь отголоском того, что я чувствовала к его брату. В нем я буду видеть замену Жене, а не его самого и это несправедливо, жестоко, подло. Саша замечательный, добрый, заботливый, чуткий. Он достоин настоящей любви, настоящей жены. Жены… но его жена станет мачехой для Риты…

Мысль ошпарила, как кипяток. Может быть, стоит принять его предложение?

Не могла об этом думать сейчас, когда он так близко. Когда я чувствую тепло его тела, а наши лица так близко, что губы снова того и гляди встретятся в поцелуе.

Голова закружилась, Саша поддержал меня, заметив, что мне стало нехорошо.

— Идем, хватит танцев, — сказал он серьезно, проводил меня к столу и налил воды. Я сжала его запястье, когда он подал мне воду.

— Мне нужно время, ты прав. Но я хочу попробовать, — не могу обещать ему большего, но ради моей малышки я должна попытаться полюбить его, я стольким ему обязана.

Саша улыбнулся, наклонился ко мне и поцеловал в лоб. В этом поцелуе было столько нежности, что я пожалела о том, что не могу открыться новому чувству. Егор убил меня той ночью, внутри я пустая, только любовь к Рите не дает мне провалиться в эту пустоту внутри разбитого сердца.