Книга Развод. Без права на любовь, страница 5 – Инга Бережная

Но все же они мои мать и отец, неужели я им настолько безразлична?

Не понимала этого.

За три дня в больнице ко мне никто так и не пришел. Только каждое утро, ровно в девять медсестра приносила букет черных ирисов в высокой вазе. Не говоря от кого цветы, молча ставила на тумбочку рядом с кроватью и уходила.

Иногда мне казалось, что цветы что-то значили для меня в прошлом, но я не могла вспомнить, что именно. От лекарств мысли путались, а горе от утраты ребенка было сильнее, чем желание понять, кто присылал мне цветы. Или почему я лежу в отдельной палате, а персонал со мной подчёркнуто вежлив.

— Здравствуй, любимая, — голос выдернул меня из очередного кошмара.

Егор стоял рядом с кроватью и внимательно изучал мое лицо. Я думала, его уже арестовали за то, что он сделал с нашим ребенком. Муж усмехнулся, догадавшись, о чем я думаю.

— Удивлена, что я здесь, а не в камере? Признаться честно, ты подкинула мне хлопот с этими ментами. Они были очень решительно настроены, когда приехали к нам домой. Хотя, нет, ко мне домой. Ведь у тебя теперь дома нет. — Он презрительно искривил губы, — радуйся, что потеряла своего ублюдка.

— Потеряла? Я его не теряла. Ты убил нашего ребенка, — я хотела приподняться на локтях, но попытка вызвала вспышку боли внизу живота. — Как ты мог?!

Глаза Егора потемнели, он нахмурился. Кивнул на букет ирисов на тумбочке рядом с кроватью:

— Как я мог? Бога благодари, тварь, что я тебя не убил в том лесу, а хотел. Черт! Если бы не твоя сестра, которая умоляла тебя не трогать, то я бы уже был вдовцом!

— За что, Егор? Что я тебе сделала?! — Я не понимала такой перемены в муже, моя любовь за эти три дня перековалась в ненависть, но я хотела знать, почему человек, которого я называла своим мужем, который был отцом моего ребенка, убил его, — почему ты убил нашего сына?!

Его лицо стало вдруг холодным:

— Потому что его мать — шлюха спала с каждым, кто готов был ее взять. Зачала от любовника и хотела выдать чужого ублюдка за моего ребенка.

— Это неправда. Я всегда была верна тебе. Это ты спал с моей сестрой, — слезы побежали по щекам, — я любила тебя.

— Неужели? И поэтому сейчас ты лежишь в отдельной вип-палате, оплаченной одним из твоих любовников. И он даже дарит тебе цветы.

Егор схватил вазу с ирисами и бросил на пол. Осколки разлетелись по полу, так же, как наше счастье.

Звон разбитого стекла еще висел в палате, когда Егор встал вплотную к кровати, навис надо мной, подавляя, уничтожая, исходившей от него ненавистью. Я смотрела на него и не узнавала. Может быть, это не мой муж, а злобный двойник. Мистер Хайд, убивший Доктора Джекила и занявший его место. Но это его красивое волевое лицо. Его серые глаза с лучиками ранних морщин в уголках и пушистыми, загнутыми, как у девушки ресницами. И родинка справа над верхней губой тоже его.

Лицо, тело — все принадлежало моему мужу, Егору Соболеву, но взгляд, полный такой дикой ненависти, леденящей ярости был чужим. Супруг всегда смотрел на меня с любовью, обожанием, глубокой нежностью.

— Я любил тебя, доверял, а ты спала даже с охранниками в нашем доме, в нашей кровати. Ты хотя бы сама знаешь, чей ребенок был в твоем чреве или нет? — Его голос стал тише, ярость уступила место такой печали, что у меня сжалось сердце, ведь я любила его всеми клеточками своего тела. Три дня назад я боготворила этого человека, считала его лучшим из мужчин. Идеалом, самым добрым, честным, ласковым. Любила до той жуткой ночи в лесу, когда наш ребенок умирал во мне.