Книга Барби на полставки. Я (не) робот босс, страница 2 – Евгения Кец, Екатерина Баженова

— Любое сходство с реальными людьми случайно, — отвечаю, стараясь говорить как какая-нибудь программа озвучки, только с похмелья. — Мой облик основан на анализе тысяч лиц. Алгоритм выбрал этот вариант, как наиболее предпочтительный.

— Алгоритм… — Константин проводит пальцем по моей щеке, на которой висят датчики, и я чувствую, как капелька пота скатывается по моему виску под париком, надеюсь, этого не видно. — А если я попрошу тебя проанализировать моё лицо?

Его лицо в сантиметрах от моего. Губы чуть приоткрыты, взгляд… чёрт, он же играет со мной! Это не проверка робота. Это охота. Он точно не знает, что я человек?

— Запрос принят, — просто задыхаюсь от его близости. — Начинаю сканирование.

И тут мой живот издаёт звук, достойный голодного тираннозавра.

Константин замирает.

— У роботов… бывает гипогликемия? — его бровь ползёт вверх.

— Запрос. Сканирование. Это… — собираю всё подряд и лихорадочно соображаю, что он имеет в виду.

Он сделал выводы из-за урчания живота, дрожи и капли пота? Я не сильна в биологии, но гипогликемия — это же вроде заболевание? Или нет? Боже, меня сейчас раскроют. Что же сказать?

— Не стоит задавать столько данных за раз, — спасает меня брат. — У неё не отлажены механизмы. Она начинает путаться. А это была функция имитации пищеварения. Для правдоподобности, — вижу, как Сёмка трясётся от страха.

— Правдоподобности, — повторяет Яровой, и в его глазах вспыхивает тот самый огонёк, который я сто раз видела перед тем, как он громил чей-то проект. — Тогда тебе понадобится… дозаправка.

Он достаёт шоколадку из кармана. Мою любимую. Чёртов телепат!

— Спасибо, но мне не требуется…

— Бери, — он суёт её мне в руку. — Иначе заявлю, что у тебя брак в производстве. А твоим разработчикам это не понравится, верно?

— Вы используете угрозу, чтобы заставить меня есть? — еле сдерживаю брови на нужном уровне, а голос едва ощутимо подрагивает.

— Твоя реакция?

Я медленно разворачиваю фантик. Если робот будет есть шоколад — это подозрительно. Если откажется — тем более. Я же якобы обязана выполнять его приказы на этапе проверки.

— Активирую режим дегустации, — объявляю и откусываю. Шоколад тает на языке. Боже, я готова продать душу за ещё один кусочек.

— Ну как? — Константин скрещивает руки на груди.

— Анализ завершён. Продукт признан… эффективным топливом. Для человека. Качественный шоколад содержит…

Начинаю нести научную ерунду, которую знаю, но Константин снова смеётся. На этот раз в его смехе звучит что-то опасное. Я ещё не слышала подобного от начальника.

— Знаешь, а я начинаю любить технологии.

И тут я понимаю: если он и не раскрыл меня сейчас, то скоро сделает это. И тогда мне понадобится не шоколад, а целый бункер, чтобы спрятаться от стыда.

Снова бросаю умоляющий взгляд на брата и его горе технаря-разработчика того самого робота, который должен был стоять здесь вместо меня. Но у них произошло замыкание, и тот вышел из строя.

И конечно же, Сёма не придумал ничего лучше, чем попросить меня сыграть робота, ведь, как оказалось, этот пакостник слямзил моё лицо для своей многомиллионной игрушки по имени Ева-три тысячи. И даже не спросил меня!

— Вы удовлетворены осмотром? — дрожащим голосом спрашивает брат у Константина. — Мы можем рассчитывать на финансирование?