Книга Любовь как приговор, страница 78 – Татьяна Кравченко

Игриво, она потеребила его за плечо.

— Дамьен...

Он соскочил с кровати резко, как подброшенный пружиной. Золотые глаза вспыхнули – не сонные, а настороженные, мгновенно сфокусированные, полные привычной бдительности. Он был на ногах за долю секунды.

Элиана засмеялась, ее смех звенел в тишине каюты.

— Ты спал! – воскликнула она с искренним удивлением и озорством.

Он нахмурился, отряхивая невидимую пыль с пижамных брюк (которые выглядели на нем абсурдно элегантно).

— Ты что? Нет, конечно, – ответил он голосом, который старался звучать ровно, но чуть сдавленно. – Я семьсот лет уже не сплю. Просто... расслаблялся.

Элиана села, подтянув к себе колени, ее глаза сверкали веселым недоверием.

— Нет-нет-нет! – она покачала головой, улыбка стала широкой, победоносной. – Ты спал! Вот так молодая жена тебя умотала в первую брачную ночь, что семисотлетний древний вампир без сил отрубился как младенец?

Она залилась веселым смехом.

Он отмахнулся от ее слов, как от назойливой мухи, но легкий румянец тронул его обычно безупречно бледные скулы.

— Ерунда, – бросил он, отвернувшись и натягивая темную футболку через голову. – Просто задумался. Глубоко. Я приготовлю кофе.

Он направился к двери, стараясь сохранить достоинство.

— Мне латте! – крикнула ему вслед Элиана, ее голос звенел от смеха. – На кокосовом молоке!

Она заулыбалась, представляя его на их ультрасовременной кухне яхты, колдующим над кофемашиной.

На кухне, наливая густые струйки эспрессо в высокий стакан, Дамьен замер. Ее слова "ты спал" эхом отдавались в его сознании. "Нелепость..." – подумал он. Но... ощущение было странным. Пустота? Отсутствие мыслей? Не контроль? Он махнул рукой, отгоняя глупые мысли. "Расслабление. Сильное расслабление".

Его взгляд упал в иллюминатор. На горизонте, как мрачный призрак прошлого, вырисовывался проклятый остров. Тот самый. Скалы, темные леса. Пещера. Тень Айсы. Предсказание. Его лицо оцепенело. Сон? Он потерял его там, в этой пещере, несколько сотен лет назад. Вместе с братом. Вместе с человечностью. Сон был роскошью мертвых. Привилегией, отнятой тьмой.

Он резко отвернулся от окна, долил в стакан парное кокосовое молоко, взбил пышную пену. Запах кофе заполнил кухню. Настоящее. Она. Вот что важно.

Он вынес два стакана с кофе на палубу. Элиана подошла через несколько минут, уже одетая в легкое льняное платье, ее волосы были собраны в небрежный хвост, обнажая шею. Она села рядом на диванчик, приняла стакан с благодарной улыбкой.

Он убрал непослушную прядь с ее лица, его пальцы задержались на ее шее, легко касаясь едва заметных следов от его клыков. Его взгляд стал внимательным, оценивающим.

— Почти зажило, – прошептал он, голос неожиданно грубоватый.

Она повернулась к нему, ее глаза были чистыми, без тени упрека.

— Это не больно, – сказала она тихо, но уверенно. – Это... не передаваемые ощущения. Такие... острые. Они добавляют огня. Разжигают еще больше.

Он медленно перевел взгляд с ее шеи в ее глаза. Золото его зрачков стало темнее, напряженнее.

— Элиана, – его голос звучал предостерегающе, тяжело. – Это опасно. Такого... не должно больше повториться. – Он отвел взгляд, глядя куда-то вдаль, за борт. – Извини. Не знаю, что на меня вчера нашло.

Она надула губки, детская обида мелькнула в ее янтарных глазах.