Онлайн книга «Община Св. Георгия. Роман-сериал. Второй сезон»
|
— Да! – Белозерский вскочил. – Они не чёртовы, они собачьи! — Поехали! В коридоре их ждал полицмейстер. Андрей Прокофьевич был крайне взволнован и как-то изрядно помят. Он недовольно глянул на Белозерского, но промолчал. * * * Квартирка у инженера Поликарпова была маленькая и грязная. Комнатка служила хозяину и спальней, и кабинетом. Девушка была вся смесь высокомерия, презрения и самопожертвования. Если кому-нибудь вздумалось бы опросить извозчика на предмет чувств ранней пассажирки, он бы утверждал, что она явно была воодушевлена спасением кого-то. Даже повидавший немало на своем веку мерин и тот нервно прядал ушами, до того барышня вся составляла клубок чувств. Инженер Поликарпов пересчитывал кредитные билеты. Именно их привезла девушка в пухлом пакете. Он считал и всё сбивался, никак не мог точно сообразить. На столе лежал револьвер. Инженер Поликарпов выглядел омерзительно. Из него сочилась подленькая радость, что помирать-то и не надо, глупость какая! — Сбился снова, какая нелепость! Елена Петровна, вы не могли бы помочь мне? — Здесь все необходимые вам одиннадцать тысяч. Ах, каким арктическим холодом повеяло от её слов. От прежней горячки и следа не осталось. — Сто рублей, – бормотал инженер Поликарпов, лихорадочно перебирая кучу кредиток. – Никак не уловлю: тут меньше на сто рублей или больше на сто рублей. — Сто рублей?! Вы вчера собирались стреляться, потому что проиграли пятнадцать тысяч казённых денег накануне ревизионной комиссии, а сейчас: сто рублей! После того, как я… Пошатываясь, словно перестав здраво ориентироваться, она пошла к дверям. Первым порывом инженера Поликарпова было бежать за ней, благодарить. Возможно, упасть на колени, лобызать ручки. Он как-то действительно слишком быстро обрадовался деньгам, соскочил с трагизма. Он же знал, что она раздобудет деньги, ибо влюблена, как кошка. И работает в богатом доме. Разумеется, он не собирался покончить жизнь, но и от каторги увольте. Потому сделал всё, чтобы она, в случае необходимости, пожертвовала собой. Там пикантный моментик… Он-то девицу не трогал, всё сказками кормил. Очень они на сладкое падки, особенно с драматической горчинкой. Елена Петровна – натура жертвенная, как почти вся их масть. Понятно, чем она ради него пожертвовала. Тьфу, невелика ценность-то! Но он тоже гусь! Мог бы соблюсти романический этикет, припасть к ногам. А он деньги бросился считать. Собственно, драматический момент упущен. Теперь уж она обрядилась в наряд жертвы собственной глупости, намекая на открывшиеся страшные обстоятельства, ну и тьфу на неё! Но всё-таки Поликарпов был приличным молодым человеком. Потому он уже окончательно решил не бежать за ней (даме надо дать отыграть очередное амплуа до конца: из спасительницы в жертву, экая шекспириада!), вопросив с неуместным переигранным недоумением: — Но боже мой, Елена Петровна, эти деньги!.. Как вы их раздобыли?! — Верните деньги в кассу. И никогда больше о них не вспоминайте. Не вспоминайте и обо мне! – она обернулась от двери, чтобы сказать это. И как-то изломанно застыла. Когда человек лишён нравственности, он и в других подозревает такой же досадный дефект. Или же, скорее, на взгляд лишённых нравственности: похвальное совершенство. Поликарпов действительно думал, что Елена Петровна играет роль. Он послушно (хотя и несколько бездушно и запоздало) всё-таки оттарабанил положенные реплики: |