Книга Девушка в муслиновом платье, страница 89 – Джорджетт Хейер

— Рубашки! – вскричала она. – Там должны быть рубашки! Из них можно сделать повязку! И еще там должны быть другие галстуки, с помощью которых можно будет привязать ее!

Парень кинулся отстегивать ремни, но тут же крикнул:

— Мы не сможем открыть их без ключа.

— Тогда ломайте замки! – бросила она нетерпеливо. – Ах, если бы кто-нибудь мне помог!

К этому времени Хильдебранд с трудом поднялся на ноги. Он чувствовал головокружение и слабость, ноги его дрожали, но отчаянный крик Аманды заставил его взять себя в руки. Кровь прилила к его лицу, охваченный стыдом, он пробормотал: «Я сделаю это!» – и нетвердым шагом направился к чемоданам.

— Да, конечно! – сердито произнес форейтор. – Ты это сделаешь, не так ли? И смоешься с вещами этого джентльмена!

— Дурак! – вырвалось у Аманды. – Неужели вы не видите, что он не разбойник? Позвольте ему открыть этот чемодан! Я приказываю вам!

В ее голосе было столько ярости, что форейтор невольно уступил. Чемодан оказался незапертым. Хильдебранд дрожащими руками откинул крышку и принялся рыться в вещах сэра Гарета. Он нашел несколько рубашек, много галстуков и большую губку, при виде которой Аманда воскликнула:

— Ах, да, да! Заверните ее в рубашку поплотнее и несите мне. Или нет! Отдайте ее форейтору. Не смотрите в эту сторону, Хильдебранд, а то опять упадете в обморок. Нам нельзя терять время!

Он был еще слишком слаб, чтобы ответить ей, и, не решаясь смотреть в сторону Аманды, делал то, о чем она просила. Накладывая с помощью форейтора импровизированную повязку на рану сэра Гарета, Аманда поинтересовалась, где находится ближайшая гостиница или поместье. Поначалу парень не мог вспомнить ничего, кроме Бедфорда, до которого было восемь миль, но после того, как ему резким тоном было велено шевелить мозгами, сообщил, что в миле от перекрестка находится деревня Стаугтон, где есть гостиница. Но она едва ли подойдет для такой важной персоны, как сэр Гарет. За это Аманда в порыве раздражения обозвала его дубиной стоеросовой. Это недостойное леди выражение, позаимствованное ею из словарного запаса деда, сильно напугало медлительного форейтора. Она велела ему снова прикрепить чемоданы к карете и, пока он занимался этим, обратила свое внимание на Хильдебранда, сказав, что ему придется помочь перенести сэра Гарета в карету.

— Только не говорите мне, что не можете, потому что вы должны это сделать! – сказала она строго. – И я запрещаю вам терять сознание, пока мы не поместим сэра Гарета в карету! Потом можете падать в обморок, если хотите, только я не смогу остаться, и вам придется самому о себе позаботиться. А я оставлю вас без малейшего сожаления, потому что мы попали в это положение по вашей вине! И вы еще смеете падать в обморок… Это выводит меня из себя!

— Конечно, я помогу поднять его, – пробормотал несчастный Хильдебранд. – Я не хочу падать в обморок, это происходит помимо моей воли.

— Вы все сможете сделать, если проявите хоть немного решимости!

Слова Аманды подействовали на него ободряюще. Он содрогнулся, увидев испачканное кровью платье Аманды, но быстро отвел глаза, проглотив подступившую тошноту, и безмолвно попросил у Всевышнего не дать ему опозориться еще раз. Бог внял его просьбе. Они осторожно подняли сэра Гарета и внесли в карету. Успех придал Хильдебранду уверенности, с его лица сошло виноватое выражение, и он заявил, что сейчас же поскачет в деревню и предупредит хозяина гостиницы, чтобы тот готовился разместить тяжелораненого.