Книга Нестандартное обучение, страница 13 – Татьяна Берест

— Иначе это не работает.

Я слушаю. Смысл складывается — кусками, жёстко, без иллюзий. Я понимаю, о чём они говорят. Но не понимаю, как это живёт в реальности. Как это выглядит изнутри, шаг за шагом.

Будто слова есть, а опоры нет.

В голове крутится одно и то же: цепочки, люди, внедрение, ждать, не трогать сразу. Я улавливаю логику, но она не становится моей. Не за что зацепиться.

Я провожу языком по губам, делаю медленный вдох.

Странное ощущение.

Как будто меня не ввели — меня выбросили.

Без подготовки.

Без берега.

Я знаю, что нужно плыть, но не понимаю, в какую сторону.

И подо мной не дно — пустота.

Машина замедляется и мягко вкатывается под шлагбаум. Металл поднимается без скрипа, будто его и не существует. Территория за ним — ровная, вылизанная до идеала. Никакого мусора, ни случайных машин, ни людей, которые просто гуляют. Стекло, бетон, тёмные панели — всё чистое, холодное, как витрина. Камеры на углах, неприметные, но взгляд цепляется за них сразу. Здесь не живут — здесь контролируют.

Я выдыхаю тише, чем собиралась.

Костян замечает, косится на меня, уголок губ снова тянется вверх.

— Да, — говорит спокойно, почти лениво. — С деньгами у нас проще.

Я смотрю в окно.

Слишком аккуратно всё.

Слишком правильно.

— И платят нормально, — добавляет он, уже без улыбки.

Дмитрий коротко хмыкает.

Не поворачивая головы.

— Только тратить некогда.

Он произносит это ровно, но в голосе нет ни намёка на шутку.

Дмитрий выходит первым, не оглядываясь, сразу задаёт темп — короткий, чёткий. Дверь машины закрывается, шаги глухо отдаются по плитке, и он уже впереди, будто нас здесь и нет.

Я выхожу следом, на секунду задерживаюсь, оглядываюсь на это место — слишком аккуратное, слишком правильное.

Костян захлопывает свою дверь и почти сразу оказывается рядом. Не обгоняет, не тянет — просто подстраивается под шаг.

— Ник, — тихо, без нажима.

Я поворачиваю голову.

Он смотрит не так, как в кабинете. Мягче. Без игры.

— Ты ещё не самым странным образом сюда попала, — говорит спокойно.

Уголок губ чуть двигается, но это уже не ухмылка.

— Поверь.

Я хмыкаю едва слышно.

— Уже обнадёживает.

Он коротко выдыхает, взгляд на секунду уходит вперёд, туда, где идёт Дмитрий.

— Здесь быстро становится… по-своему нормально, — добавляет он. — Просто сначала кажется, что тебя выбросили без правил.

Попадает.

Я ничего не говорю.

Он чуть наклоняет голову, ловит мой взгляд.

— Мы не даём утонуть, — тише. — Если человек сам не лезет на дно.

Секунда.

— И да… — он слегка пожимает плечом, — свои здесь держатся.

Мы заходим в лифт, и двери закрываются с тихим щелчком. Я автоматически делаю шаг в сторону, чтобы не стоять вплотную, но всё равно чувствую их рядом — слишком близко, слишком ощутимо. Металл отражает нас размыто, и на секунду цепляет мысль: теперь жить с ними. С двумя. Потом будет третий. Чужие движения, чужие привычки, дыхание рядом, шаги за стеной. Слишком много чужого сразу.

Лифт останавливается мягко.

Двери открываются.

Дмитрий выходит первым, не оборачиваясь. Ключи уже в руке, замок поддаётся быстро, без звука. Он открывает дверь и отступает в сторону, пропуская меня.

— Проходи.

Голос низкий, ровный, но в нём нет ни грамма тепла. Я прохожу мимо него и на секунду чувствую, как его взгляд задерживается — коротко, но достаточно, чтобы внутри что-то сжалось.