Книга Нестандартное обучение, страница 16 – Татьяна Берест

— Всё, — говорит он, чуть улыбаясь. — Пока вас тут морально прессуют, я хотя бы накормлю.

Кидает на меня короткий взгляд, уже тёплый, почти свой.

— Ешь, Ника. Здесь это иногда важнее разговоров.

Мы едим почти молча.

Костян сначала что-то кидает лёгкое — про дорогу, про район, про то, как здесь быстрее выезжать, если срочно. Потом разговор сам уходит в работу. Он говорит спокойно, без лишней серьёзности, но по делу — как могут дёрнуть в любой момент, как иногда собираются за час и уезжают, не разбирая, день это или ночь. Что бывают выезды на пару часов, а бывают — когда счёт времени теряется. Что лучше сразу привыкать не планировать ничего «своего».

Я слушаю, киваю, и постепенно напряжение отпускает. Его голос выравнивает, делает всё более понятным, приземлённым.

Дмитрий ест молча.

Иногда делает затяжку, стряхивает пепел в пепельницу тем же коротким, точным движением. В разговор не лезет, но и не выпадает — просто присутствует, и этого достаточно, чтобы не забывать о нём ни на секунду.

Телефон Костяна вибрирует на столе.

Он бросает взгляд, сразу меняется, становится собраннее. Поднимает трубку, отходит на пару шагов, но говорит не тихо — просто без лишних слов.

— Да… понял… сейчас?

Пауза.

— Ок, будем.

Сбрасывает, возвращается к столу, уже на ходу вытирая руки.

— Диман, надо в штаб скататься.

Дмитрий поднимает на него взгляд, коротко кивает.

Без вопросов.

Костян смотрит на меня.

— Ника, тебе пока не надо. Осваивайся. Мы, скорее всего, поздно.

Я киваю.

Всё происходит быстро. Куртки, ключи, короткие движения — и через минуту дверь закрывается.

Тишина возвращается сразу.

Я стою посреди кухни ещё пару секунд, потом автоматически начинаю собирать посуду. Тёплая вода, простые движения, звук струи — всё это странно успокаивает. Как будто возвращает в что-то понятное.

Потом душ.

Горячая вода смывает остатки дня, но мысли всё равно остаются. Они просто становятся тише.

Вечер проходит почти спокойно. Я хожу по квартире, привыкаю к пространству, к тишине, к тому, что здесь нет ничего моего, но уже как будто придётся это принять.

Телефон вибрирует, когда я уже собираюсь лечь.

Сообщение от Саввы.

Файлы.

Я открываю.

Там не просто «условия». Чётко, сухо, без лишнего — как всё здесь. Общие правила, что можно, что нельзя. Как действовать, если связь обрывается. Как реагировать, если ситуация выходит из-под контроля. Что делать, если остаёшься одна. Отдельно — про легенды, про смену данных, про то, как держать себя, чтобы не выбиваться. Про ответственность, которая не проговаривается вслух, но читается между строк.

И про работу.

Не красиво, не героически.

Как есть.

Я читаю, лежа на кровати, экран светит в темноте, строки сменяют друг друга, и в какой-то момент ловлю себя на том, что уже не пытаюсь всё осмыслить сразу.

Просто впитываю.

Глаза начинают слипаться, текст расплывается, телефон чуть съезжает в сторону.

Я не замечаю, как засыпаю прямо с ним в руке.

Я просыпаюсь резко.

Свет уже есть — не яркий, но достаточный, чтобы сразу понять: утро давно началось без меня. Несколько секунд лежу, глядя в потолок, и ощущение странное, тянущее.

Как будто я что-то ждала.

И проспала.

Как фильм, который включили без меня, а я очнулась уже на середине — и теперь не понимаю, что происходит и как всё сюда пришло.