Книга Попаданка в законе, или развод с драконом, страница 56 – Майя Фар

Леди Эвелин Ашфорд.

Ровно в семь вечера дверь приёмной отворилась, и я увидела женщину, чей возраст было трудно определить. Ей могло быть и шестьдесят, и все семьдесят, но прямая спина, изящная шляпка с вуалью и платье из дорогой ткани говорили о том, что леди Эвелин Ашфорд всю жизнь принадлежала к высшему обществу.

Леди была в том возрасте, когда тебе уже не важно мнение других о твоей внешности. Но у леди был отменный вкус, хотя кто-то бы сказал, что в таком возрасте цвета можно было бы выбирать поспокойнее.

— Добрый вечер. – Её голос был удивительно мелодичным. – Я к мистеру Мердоку.

— Леди Ашфорд. – Я встала из-за стола и слегка склонила голову. – Мистер Мердок ожидает вас. Позвольте провести вас.

Она окинула меня оценивающим взглядом, задержавшись на моём костюме, причёске, туфлях. Я выдержала этот осмотр спокойно, за последние месяцы я научилась не опускать глаза первой.

То, что леди была аристократкой, подтвердилось, когда она придирчиво расспросила меня, завариваю ли я свежий чай для каждого клиента. И тщательно проследила, что заварочный чайник пуст.

После того как все «чайные» формальности были соблюдены, мистер Мерлок пригласил меня в кабинет и представил как свою помощницу.

— Знакомьтесь, леди Ашфорд, это Матильда Камински, моя помощница, и она будет вести протокол нашей встречи.

— Приятно познакомиться, госпожа Камински, – пропела леди Ашфорд.

Я села чуть в стороне, раскрыв блокнот. Леди Ашфорд сняла перчатки и положила их на колени.

После чего тяжело вздохнула и начала рассказ. Леди была уверена в том, что её покойный брат был обманут перед смертью. В результате чего всё состояние досталось молодой сиделке.

Я подумала, что когда денег нет, то и проблем с наследством не возникает, а вот когда наследство большое, тут-то всегда и всплывали жадность, старые счёты, обиды, интриги и обманы.

Рассказывала леди Ашфорд довольно подробно, делая паузы и добавляя своё мнение.

— Три месяца назад умер мой брат, сэр Чарльз Ашфорд. Ему было семьдесят два года. Последние полтора года он болел: сердце, возраст, обычные недуги пожилого человека. Мы наняли сиделку, молодую женщину по имени Роза Линтон.

Я записывала, не поднимая головы, но чувствовала, как меняется тон голоса по мере того, как рассказ леди Ашфорд дополнялся подробностями: в её голосе появлялись жёсткие, даже металлические нотки.

Между тем леди Ашфорд продолжила:

— Роза оказалась очень внимательной. Чарльз был в восторге от неё. Говорил, что она единственная, кто по-настоящему заботится о нём, понимает его. – Леди Ашфорд сжала губы и добавила: – Мы не обращали внимания на эти сигналы. Но за два месяца до смерти брат изменил завещание. Всё: поместье, счета, коллекцию живописи, фамильные драгоценности – всё он оставил Розе Линтон.

Мердок нахмурился и спросил:

— А вам?

— Мне не досталось ничего, – сказала леди Ашфорд, – ни мне, ни моим детям, его племянникам. Ничего. – Она подняла подбородок, и я увидела, как блестят её глаза под вуалью. – Мистер Мердок, мы с братом прожили долгую жизнь. У нас бывали разногласия, но мы всегда оставались семьёй. Чарльз знал, что моему сыну нужны средства на поддержание поместья, что моя дочь хотела открыть благотворительную школу. Он обещал позаботиться обо всех нас. И вдруг он оставляет завещание сиделке.