Книга Последний круиз писателя, страница 69 – Пьерджорджо Пуликси

Монтекристо нахмурил лоб. Слова, которые он услышал, прозвучали двусмысленно у него в голове. В этот момент ему привезли тележку, он загрузил коробки, но внимание его было занято совершенно другим. Он шел по нижней палубе, сопровождаемый скрипом колес по полу.

Один вопрос терзал его сильнее, чем солоноватый бриз, проникающий через трещины в перегородках: капитан Васто знал о надвигающейся непогоде и все равно решил выйти в море? И если да, то почему? Это было его опрометчивое решение или, хуже того, полученный от кого-то приказ? Штормящее море, конечно, вынудило всех сидеть по своим каютам. Такой случай был на вес золота для убийцы, который смог беспрепятственно перемещаться по кораблю. Был ли это умело использованный счастливый случай? Или это был удобный момент, созданный искусственно при содействии человека, хорошо знавшего маршрут и погодные условия?

Монтекристо почувствовал, как по спине его пробежал холодок, гораздо более леденящий, чем порывы ветра, доносящиеся с бушующего моря. Ему необходимо было поговорить с Карузо прямо сейчас: в глубине души он чувствовал, что каждая упущенная минута могла приблизить их к новому убийству.

Карузо и Монтекристо вернулись в зал ресторана. Гости, разгневанные тем, что их держали взаперти, ничего не объяснив, набросились на инспектора с вопросами и жалобами. Хриплые голоса наложились друг на друга, и гул превратился в рев. Кармен Маццалупо почти визжала в истерике:

— Мы в опасности? Убийца все еще здесь?

Полицейский поднял руку, требуя тишины.

— Успокойтесь. Пока вы остаетесь здесь вместе с капитаном, никто из вас не пострадает. — Голос его был уверенным, а взгляд — цепким, готовым считать любой разоблачающий сигнал в их глазах.

— А Галеаццо? — нервно спросил Джанроберто Польпичелла. — Он был убит или нет?

Карузо ответил уклончиво:

— Причину смерти еще предстоит установить.

Монтекристо, стоя в стороне, наблюдал за тем, что выражали лица этих людей: боль на лицах жены и дочери Галеаццо, волнение среди сотрудников издательского дома, паника Мишеля Анастазии, владельца корабля, всегда невозмутимое ледяное спокойствие на лице Далилы Моро и странная меланхолия у Клаудио Криппы. Однако ни у кого не обнаружилось явных признаков вины — даже у Этторе Кристалло и у Симоне Ронкони, которые молчали, но их позы выдавали сильное напряжение.

— Я могу вам сказать, — продолжил Карузо, — что мы нашли рядом с телом Галеаццо некоторые странные предметы. — Он достал из платка «Ругер» двадцать второго калибра. — Вот это, например. Кто-нибудь узнает этот пистолет?

Весь зал, казалось, затаил дыхание. Мятые льняные скатерти, покрытые крошками, пустые стаканы и грязные тарелки все еще напоминали о вчерашнем ужине — у официантов не было возможности убрать со столов и навести порядок; тусклый свет лишь подчеркивал витавшую в воздухе нервозность. Время от времени, когда особо сильная волна заставляла корабль накрениться и подпрыгнуть, приборы на столах и большие люстры с подвесками позвякивали.

— Кому он принадлежит? — спросил капитан Раффаэле Васто.

— Мы не знаем этого наверняка, — ответил Карузо. — Мы нашли его в сумке Галеаццо. Кто-нибудь из вас знал, что у него есть оружие?

Жена и дочь в смятении покачали головами. Валентина всхлипнула: