Книга Тайна боярышни Морозовой или гостья из будущего, страница 120 – Резеда Ширкунова

Петр нас отпустил, пообещав, что все, кто причинил мне вред, будут наказаны, а пока мы получили разрешение отправиться домой.

— И не забывайте, баронесса, — добавил он, — что за вами ещё должок!

Я растерянно посмотрела на царя.

— Помните, как вы рисовали у Меншикова станок для быстрого изготовления бумаги? Так вот, займитесь им. Можете кому-то поручить, но только тем, кому безоговорочно доверяете… Насчет привилегий не переживайте, все будет по первому требованию. И не забудьте назначить дату свадьбы и отправить нам письмо. А теперь ступайте!

Он махнул рукой, и денщик императора вывел нас на улицу. Уже в возке я вспомнила один момент из жизни Петра и рассказала Андрею.

— Представляешь, кто-то из Европы так рассмешил императора, что он долго и задорно смеялся, как сегодня. А другие подхватили его смех. "Смейтесь, братцы, пока живы, — сказал император, перестав веселиться. — Но помните: Россия проснется. И тогда весь свет обхохочется!" И ведь прав был, Андрюша.

В этот же день мы засобирались в Москву и выехали на следующее утро. Фабрика и завод работали в своем режиме, а мне нужно было съездить к родным. Сейчас предстояло решить вопрос со своими землями, выгнать бывшего барона из особняка, сделать хороший ремонт и поселить туда дядюшку Феофана. Ему до завода будет добираться намного легче, да и завод по изготовлению бумаги нужно было поставить.

Мы обо всем разговаривали в дороге, и я все же решилась признаться, что пришла из будущего. Андрей внимательно взглянул на меня, потом крепко прижал к груди.

— Я о чем-то таком уже догадывался, да и про случай с переселением душ слышал. Не переживай, моё солнышко, это секрет останется между нами.

И знаете, я выдохнула с облегчением, словно душа избавилась от тяжкого груза….

Глядя на высокий, добротный двухэтажный дом, улыбнулась. Я была дома. Видимо, увидев меня через окно, на улицу выскочила Марфа.

— Боярышня моя вернулась, счастье-то какое! — звонкий голос няни оповестил всех соседей о моем возвращении.

— Ты куда раздетой выскочила, чай*, не лето во дворе. Быстро в дом, — пробурчал недовольно дядюшка на жену. Затем перевел взгляд на меня. — Доченька, ну наконец-то, жива и главное здорова, а то с тяжелым сердцем оставлял тебя в столице.

По моим щекам покатились слезы. Хоть мы и не родные по крови, но я считаю их ближе. Не всегда родные дяди и тети, да и, чего греха таить, родители пойдут навстречу и будут желать тебе только счастья. Я не имею в виду своих маму и папу, просто знаю семьи, где ребенок сам по себе, взрослые сами по себе.

Обняв дядюшку, я прошептала: «Спасибо за все!»

Вот такая трогательная встреча произошла у нас в поселке. Единственный, кто не вышел меня встречать, это был Егорка. Мы сели за стол, и я все же спросила у нянюшки.

— Марфа, а Егорка-то где?

— Так, на занятиях он. Учителя хвалят, говорят, мозговитый парень. Повзрослел, вытянулся и, что самое интересное, стал походить на отца… Ой, я ж совсем забыла, надысь отец его прибегал, говорит, сына хочу вернуть домой. А я злая была на тот момент, не выспавшаяся, поэтому высказала ему все, что думаю о нем. Обещался, что придет вновь, как только вы вернетесь.

Часа через два вернулся мой вихрастый маленький друг, сколько же было радости как с моей стороны, так и с его! Но сказать, что Егорка изменился, ничего не сказать: вытянулся, стал с меня ростом, да и голос сильно изменился, начал ломаться. Единственное, что осталось прежним, — это его любовь к сладкому. Как в детстве, привезла ему петушков, конфет и пряников. Да и мои близкие получили подарки: дядюшка — часы, а Марф — платок из ангорской шерсти. Жаль, что не сама вязала, ведь времени совсем нет.