Книга Девушки с тёмными судьбами, страница 122 – И.В. Вудс

Эмберлин зажмурилась и замерла, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце, стараясь не чувствовать, как щупальца проклятия обвиваются вокруг нее и сжимаются.

Она открыла глаза и, сделав последний судорожный вдох, покинула темную ложу. Осторожно прикрыла за собой дверь и размеренным шагом двинулась по коридорам, изобилующим блеском и ярким светом, которые резали глаза. Боль пульсировала в висках, пока она торопливо спускалась по лестнице. Наконец, она добралась до пыльных, похожих на могилы коридоров театра, которых никогда не видели другие посетители.

Спокойно закрыв за собой дверь спальни, Эмберлин начала действовать. Отчаянно вцепилась пальцами в зеркало в поисках скрытой задвижки и, нащупав ее, отодвинула его в сторону. Потом вслепую бросилась в темноту, скрытую за фальшивой стеной.

— Этьен? – закричала она. – Этьен?

Она, спотыкаясь, пробиралась по тайному проходу. Ее дыхание было прерывистым, как будто ее душили сами тени. Они становились все гуще и гуще, приближаясь к ней, наблюдая, дожидаясь момента, чтобы сомкнуться вокруг нее и выдавить весь воздух из легких.

— Этьен? – снова позвала она, и голос ее дрогнул от страха. – Прошу!

Чьи-то руки обхватили ее. Она вскрикнула, осознав, что тени все же добрались до нее и готовы разорвать ее на части.

— Эмберлин?

Услышав свое имя, сорвавшееся с губ Этьена, Эмберлин с облегчением выдохнула. Он крепко обнял ее, и его горячее дыхание всколыхнуло ее волосы, а запах пыли и дыма окутал с ног с головы. Здесь, в этой темноте, она чувствовала себя в большей безопасности. Как будто творившиеся в театре ужасы не могли настичь ее в его объятиях.

— Что случилось? – прошептал Этьен ей на ухо, и она едва услышала его сквозь свои судорожные всхлипывания. Он держал ее, пока ее тело сотрясалось от рыданий, пока она боролась с дрожью в груди, пытаясь вернуть себе дар речи.

— Я не смогла этого сделать, – ответила Эмберлин. – Не смогла позволить ей рисковать. Не смогла позволить ей расстаться с жизнью. Я… я нашла лазейку, как это сделала Женевьева, чтобы поговорить с тобой. Я угрожала ей, пыталась отпугнуть.

Ноги Эмберлин подкосились, и она отчаянно вцепилась пальцами в Этьена. Он осторожно опустил их обоих на пол и еще крепче прижал ее к себе, одной рукой проводя по волосам.

— О чем ты говоришь? – спросил он. – Кому ты угрожала?

— Я не готова лишить ее жизни, не готова лишить жизни своих сестер, – проигнорировав его вопрос, выпалила Эмберлин. – Ты был прав. Я не могу сделать это без их разрешения. Не могу решать все за них. Они не заслуживают… Малкольм собирается убить… и я… – Эмберлин глубоко вздохнула. – Я не могу быть еще одним Кукловодом. И не буду.

Между ними воцарилась тишина, а потом Эмберлин почувствовала, как Этьен кивнул.

— Значит, ты приняла решение? – спросил он серьезным тоном.

Эмберлин кивнула, уткнувшись ему в грудь. Она вдруг заметила, что он начал укачивать ее, словно маленького ребенка. Его сильные руки обнимали ее, защищая от всего плохого. Он медленно, возможно, даже бессознательно, раскачивался взад-вперед, держа ее у себя на коленях, как будто его разум отчаянно пытался сделать все возможное, лишь бы успокоить ее. Теплое чувство благодарности заставило ее расплакаться еще сильнее. Она крепче прижалась к нему и сосредоточилась на прикосновениях его руки, запутавшейся у нее в волосах, и на бегающих по шее мурашках. Она попыталась замедлить дыхание, и с его поддержкой у нее получилось.